Книга Черная Пасть, страница 118 – Рональд Малфи

Я пораньше накормил его ужином, надеясь, что еда немного приведет брата в чувство. Однако Дэннис едва притронулся к бургерам и лишь слегка поковырялся в картошке фри. Казалось, он чем-то озабочен – даже больше обычного.

Клэй и Миа отправились на встречу с тем человеком из Индианы, Уэйном Ли Сталлом. Подойдя к окну, чтобы задернуть шторы, я мельком взглянул на небо. Оно выглядело чертовски хмурым. Если Миа права насчет вмешательства судьбы, почему у меня внезапно возникло ощущение, как будто что-то нам препятствует?

Дэннис лежал на раскладушке, в его больших серых глазах отражались мультики с экрана телевизора. Я подошел к одной из кроватей, присел с краю и уставился на затылок брата.

– Дэннис, что происходит?

Он лежал, уткнув локоть в койку, подпирая голову рукой. При звуках моего голоса Дэннис опустил голову на подушку. Я не видел его лица.

– Дэннис?

– Яма,– сказал он.– Нужно спуститься в яму.

– Что? – спросил я. Затем, не дождавшись ответа, сделал новую попытку: – Помоги мне понять, что, черт возьми, происходит.

– Спуститься. Глубже.

– Куда именно?

Но мне не удалось ничего добиться. Он еще долго пребывал в таком состоянии, не говоря ни слова. Я тоже молчал, тупо глядя ему в затылок. Когда я наконец встал и выключил телевизор, то увидел, что Дэннис спит.

Прежде чем свернуть на парковку китайского ресторана у шоссе, где была назначена встреча с Уэйном Ли Сталлом, Клэй остановился возле круглосуточного магазинчика на заправке.

– Что мы здесь делаем? – спросила Миа.

– Нужно чем-то обработать твою руку,– сказал он, имея в виду старый шрам, который открылся у нее на запястье. Не заглушая двигатель, Клэй вышел из машины.

На полке в одном из проходов нашлись фла-

кон перекиси и упаковка марлевых повязок. Клэй понес их на кассу, вытаскивая бумажник из заднего кармана джинсов.

Мужчина за прилавком пробил товары и сквозь зубы озвучил общую сумму. Его длинные черные волосы были стянуты в хвост, выбившиеся пряди падали на лицо. Когда мужчина поднял голову, Клэй заметил у него под глазом синяк. Сами глаза были налиты кровью, а нос распух, как у завзятого алкоголика.

Бейдж на груди мужчины гласил: «Тони».

– Ты Тони Тиллман,– утвердительно сказал Клэй. Ровным, сдержанным голосом, каким мог бы разговаривать с трудным подростком в своем офисе в Мичигане.

Слегка вздрогнув, мужчина отвернулся, чтобы упаковать покупки. Клэй положил на прилавок двадцатку.

– Что, забыл своего старого приятеля Череполицего?

Тони Тиллман ничем не выдал, что узнал его или хотя бы услышал. В кармане рубашки, прямо под бейджем, у него лежала электронная сигарета, на шее виднелась татуировка в виде паутины.

– Ты не помнишь моего лица, Тони? – улыбнулся Клэй.– Разумеется, помнишь.

Тони молча положил сдачу на прилавок.

– Оставь себе,– сказал Клэй, а затем с той же улыбкой взял покупки и вышел.

В китайский ресторан, оглядывая зал, вошли мужчина и женщина. Уэйн Ли Сталл вскинул руку. Когда они повернулись в его сторону, по выражениям лиц стало ясно, что адвокатша из Лексингтона – та самая, в уродливом оливковом костюме,– не предупредила их насчет его внешности.

Сталл с удивлением отметил, что Клэй Уиллис и сам страдает определенными косметическими дефектами. В лицо чернокожего мужчины как будто плеснули молоком, которое растеклось во все стороны да так и засохло. Руки были не менее примечательными: не такие белые, как лицо, и более розовые, словно он окунул их в какой-то раствор, обесцветивший плоть.