Книга Черная Пасть, страница 43 – Рональд Малфи

Все началось с карточных фокусов.

«Левитирующая дама», «Пасс Германа», «Тасовка Зарроу», «Четыре грабителя». Первое время все они напоминали мне названия старинных танцевальных шагов, но когда я увидел, как Фокусник исполняет каждый трюк, как его грязные пальцы ловко манипулируют картами, эти названия обрели для меня почти мистический смысл. Я умолял маму принести из магазина, где она работала, колоду игральных карт. Когда она наконец исполнила просьбу, я ускользнул к себе в комнату, сорвал с новенькой красной колоды «Байсикл» целлофановую обертку и стал практиковать трюки, которым Фокусник обучил меня и моих друзей. Я хотел довести их до совершенства. Хотел произвести впечатление. Дэннис обычно сидел на краю кровати, по-турецки скрестив ноги, и потухшим взглядом наблюдал за мной. Однако всякий раз, когда я правильно выполнял очередной фокус, он оживлялся, широко распахивал глаза и принимался хлопать своими большими ладонями.

– Ключом к успешному карточному трюку,– любил повторять Фокусник мне и моим друзьям,– является отвлекающий маневр. Вы обманываете зрителя, заставляя смотреть сюда,– он поднимал левую руку,– в то время как настоящее действие происходит здесь.– Фокусник вскидывал правую ладонь, щелкал пальцами – и внезапно в его руке оказывался пиковый король.– Главное – не показывать, что отвлекаешь внимание.

Миа освоилась с фокусами быстрее всех. Ее успехи были тем более поразительными, если учесть, что при таких маленьких руках у нее было меньше возможностей скрыть манипуляции. Разумеется, как только мы узнавали, в чем состоит секрет фокуса, мы могли предвидеть отвлекающий маневр, однако ей все равно удавалось удивить нас своей ловкостью.

– Из вас получилась бы отличная карманница,– однажды сказал ей Фокусник.

– Клэй неплохо освоил двойной подъем,– заметила Миа, которая не любила быть в центре внимания.

– Правда? Давайте посмотрим, мистер Уиллис.

Дело в том, что белые руки Клэя сами по себе являлись отвлекающим фактором, автоматически перетягивая внимание от карточной колоды. Его витилиго было чем-то вроде своеобразного трюка. Пока он носил фланелевые рубашки с длинными рукавами, это выглядело не столь эффектно. Однако затем Фокусник предложил Клэю использовать особенность его кожи как естественный отвлекающий маневр, и Клэй, который вначале сопротивлялся, наконец стал закатывать рукава во время выступления. Через некоторое время он даже начал носить футболки, чего я за ним никогда прежде не замечал.

Исполнение двойного подъема требовало простой ловкости рук. Вы берете с колоды две верхние карты, как будто одну, и показываете зрителям лицевой стороной. Зрители думают, что видят верхнюю карту, хотя на самом деле она вторая. Далее фокусник тасует верхнюю карту обратно в колоду, придерживая ту, которую показал, а затем демонстрирует ее под громогласные охи-ахи.

В этом-то и заключалась основная сложность фокуса – поднять обе карты вместе так, чтобы зрители думали, что карта одна. Миа и в этом продвинулась дальше остальных, однако она была права насчет последних успехов Клэя. Мы несколько раз наблюдали за его исполнением, и даже зная, в чем состоит трюк, я никогда не догадался бы, что Клэй одновременно берет с верха колоды две карты.

– А как насчет вас, мистер Уоррен? – спросил Фокусник, и его единственный глаз сверкнул прозрачной голубизной. Сальные черные волосы были заправлены за уши. После того первого дня он больше не надевал цилиндр, плащ и белые перчатки, заявив, что «пора заняться делом».– Какой фокус освоили вы?