Книга Подарок, страница 59 – Себастьян Фитцек

Милан спустился за Андрой в низкое подвальное помещение без окон, которое избегал еще ребенком. Тогда здесь хранился крупногабаритный мусор, хотя родители никогда бы так не назвали вышедшие из строя стулья, столы, игрушки, велосипеды и старые комоды. Сейчас в подвале было посвободнее, но все равно Милан попал в чужой мир, недоступный даже читающему человеку. Потому что это был мир сумасшедшего.

«Одержимый» – первое, что пришло в голову Милану, когда он огляделся.

Стены этого квадратного помещения были практически полностью заклеены фотографиями, газетными вырезками, какими-то распечатками и вырванными книжными страницами.

– Осторожно, – предупредила его Андра, но было уже поздно.

Милан наступил на один из сотен листков-стикеров, которыми Карсов усеял пол. Все исписаны от руки мелким почерком. Милан отцепил желтый листок от своего сникера и поискал место, куда мог безопасно встать. В конце концов ему не оставалось ничего иного, кроме как отодвинуть ногой в сторону стопку документов, чтобы подойти к столу. Это был своего рода чертежный стол, какие стоят в архитектурных бюро. Слегка наклонной рабочей поверхностью он напоминал слишком большую кафедру для выступлений. Канцелярскими кнопками к столу были прикреплены многочисленные фотографии с одним и тем же лицом, сделанные более десяти лет назад. При этом снимки были расположены слева направо, как на временной шкале.

– Охренеть, – выдохнула Андра, узнав мужчину на фотографиях.

Первый снимок напоминал газетную вырезку, рядом лежало фото на паспорт, а затем шли фотографии, которые могли быть взяты из Интернета, хотя Милан сомневался, что они там вообще имелись. Сам себя он еще никогда не гуглил.

– Что это значит? – спросила Андра.

Милан промолчал. Он понятия не имел, почему врач так интенсивно им занимался. Миланом Бергом, чей череп Карсову пришлось вскрывать более четырнадцати лет назад, чтобы уменьшить внутричерепное давление вследствие отека головного мозга после падения с лестницы.

«Полагаю, он неправильно вас лечил, и эта вина не дает ему покоя».

– Что написано на всех этих листках? – спросил Милан в надежде найти объяснение этому жуткому культу личности.

Андра сняла два первых попавшихся листа А4 со стены и прочитала, вероятно, заголовок на одном:

– «Новое вещество способствует росту нейронов».

Она взглянула на второй листок.

– «Команда ученых из Центра исследования стволовых клеток имени Гельмгольца дарит парализованным людям надежду».

Милан помотал головой.

– Это не может быть связано со мной. Я не парализован.

– Тогда почему все это здесь? – Андра показала на фотографии на столе. – Думаешь, Карсов просто твой фанат и не может работать, не видя твоего лица?

Что бы он здесь ни понимал под работой.

Она сняла со стены еще одну распечатку и прочитала:

– «„То, что мы наблюдали, было инверсией болезни", – сообщил Грег Браун из Вашингтонского университета».

– Инверсией?

Какой болезни?

Имелась в виду неграмотность? Нет, это не болезнь и не общепризнанная патология. И все равно, этой цитатой из статьи Андра словно подобрала ключ к двери от его воспоминаний. Милан снова подумал о встрече с профессором в дайнере.

Он так явственно слышал его голос, словно профессор стоял рядом: «Если будете принимать эти таблетки, возможно, вы опять сможете читать».