Книга Подарок, страница 62 – Себастьян Фитцек

Тинка уже не выглядела так, как в объявлении. Она вообще больше не походила на кошку, скорее на растерзанный кусок мяса, который запихнули в оболочку из шерсти.

– Он задушил кошку ее собственными кишками, – с упреком сказала директор, не уточнив, случилось это до или после того, как кошке выкололи глаза.

– Кто? – выдавил из себя Курт, даже в кошмарном сне не рассчитывая на последовавший ответ.

– Милан. Мы застали вашего сына, когда он клал ее в шкафчик.

Дойдя до этого переломного момента в своих воспоминаниях – момента, которому суждено было решить их судьбы, – Курт ударил кулаком по письменному столу. Затем вцепился в край столешницы, словно мог воспрепятствовать потоку своих мыслей унести себя дальше.

Огромным усилием воли ему удалось подняться и подойти к окну, сквозь которое были видны гнущиеся на ветру голые липы. Опасно наклоняя свои кроны, они походили на гигантов, танцующих на месте.

«Подходящей музыкой был бы реквием», – подумал Курт.

Он вплотную подошел к стеклу, прижался к нему своими старческими ладонями и снова задумался о Милане.

Энурез.

Поджигательство.

Истязание животных.

Он спрашивал себя, выяснил ли уже его сын правду. И сколько времени осталось до того, как он вернется и убьет своего отца.

41

Милан/Рюген

Всего несколько мгновений спустя – после секундного шока – Милан бросился вслед за Андрой, но все равно упустил ее в открытых дверях. Последнее, что он видел, были задние фары «мини», которые вскоре исчезли за поворотом.

«Что же ты такое прочитала, что так тебя испугало?»

Милан растерянно огляделся. Жилой поселок, еще недавно взорвавшийся фейерверком сигнальных огней, после отъезда специальных служб напоминал спящую черепаху, которая вновь спряталась в своем темном панцире. От шелеста ветра, треплющего деревья, кусты и аккуратно подстриженные живые изгороди, зарождалось предвкушение шума волн Балтийского моря, которые бросались на берег в двух шагах отсюда.

Когда Милан ступил на замерзшую лужайку палисадника, которая в его детстве скорее походила на футбольную площадку, все его чувства были обострены. Ему казалось, что он ощущает вкус соли в мелкой мороси; он чувствовал запах моря, несмотря на холод, в котором запахи распространяются хуже, чем в теплом воздухе. Милан еще никогда так хорошо не слышал, не чувствовал и не видел, но все это не помогало ему взять след. Андра могла поехать назад в Берлин или до ближайшей автозаправки. Возможно, он никогда не узнает причину ее панического бегства, потому что статью, которая ее так напугала, Андра прихватила с собой.

– Господин Берг?

Вздрогнув, он обернулся к жене профессора и извинился, что напустил в дом холода.

– Я сейчас уйду, – сказал он, хотя понятия не имел куда. Его осенило, что в спешке он не взял свою историю болезни. Он мог бы отсканировать ее с помощью телефона и озвучить приложением для транскрипции текстов. – Только можно мне еще раз ненадолго спуститься в подвал?

Она помотала головой.

– Уже поздно. К тому же, я думаю, было вообще ошибкой впускать вас.

– Мне очень жаль, что мы вас потревожили. – Милан поискал в ее уставшем лице причину такой внезапной замкнутости. – Ну, тогда вам сегодня не стоит больше открывать дверь незнакомцам.

Он развернулся, но фрау Карсов пробормотала на прощание слова, которые его задержали.