Книга Французский связной, страница 72 – Робин Мур

Боже правый! «Этот сукин сын только что вышел на улицу, и где-то здесь должны быть человек двадцать из нашей команды, но никто не последовал за ним!» Иган бросился обратно во вращавшуюся дверь, наделав много шума, и, выскочив на улицу, обнаружил, что Жеан почти дошел до угла Бродвея. Иган надеялся, что полиция не дремлет и ведет лягушатника номер один, и поэтому отчаянно искал на Сорок седьмой улице какой-либо знак, подтверждающий это, но не находил. Сделав глубокий вдох, он бросился за французом.

Жеан совсем не выглядел изнуренным долгой предыдущей ночью. Он легко двигался по Бродвею на юг в сторону Таймс-сквер. Иган был озадачен и разгневан. Столько офицеров полиции, профессионалов, так сказать, прозевали одного старого мерзавца, который выделяется в толпе, словно жираф на поле с коровами. Как это могло случиться?

Без видимой цели Жеан продолжал идти легким шагом вдоль Великого белого пути[15], который при дневном свете казался неопрятным и неинтересным. На тротуарах движение было минимальным, поэтому Иган мог отчетливо видеть высокую седовласую фигуру в черном. Когда Жеан остановился у витрины магазина около Сорок шестой улицы, Иган, находившийся на углу Сорок седьмой, воспользовался этим моментом, чтобы оглядеться и поискать подкрепление. Напротив «Эдисона» мужчина и женщина садились в такси, но никого из своих людей он не видел, пока не узнал двух мужчин без шляп и в пальто, прохлаждавшихся у киоска с безалкогольными напитками на противоположной стороне Сорок седьмой улицы – детективов Фрэнка Михэна и Роя Кэхилла.

Иган резко свистнул и, когда офицеры подняли глаза, зло ткнул большим пальцем в сторону Жеана. Француз как раз отошел от витрины магазина, которая привлекла его внимание, и неторопливым шагом двинулся дальше. На лицах детективов отразилось удивление, они поставили стаканы с напитками и поспешили за Иганом.

У Сорок третьей улицы, на Таймс-сквер, лягушатник номер один подошел к киоску у входа на линию метро компании Би-эм-ти и спустился по лестнице. Насколько Иган мог заметить, на протяжении всех четырех кварталов, которые они прошли, француз ни разу не оглянулся и вообще никак не показал, что подозревает слежку. И теперь он сразу направился в метро, словно точно знал, куда идет.

Иган испытал мгновение восторга: лягушатник идет на встречу, и, может быть, теперь фортуна повернется к ним лицом. Но потом он подумал: неужели этот тип, такой крутой, до сих пор не знает, что операция прогорела и два других лягушатника исчезли? Но тогда не должен ли он предположить, что и к нему тоже прицеплен хвост? И почему в субботу днем он вдруг входит в метро?

Спустившись под землю, Жеан не пошел к поездам Биэмти. Он направился к челноку, курсировавшему по центру города по линии, соединявшей Таймс-сквер с Большим центральным вокзалом. Убедившись, что Михэн и Кэхилл следуют за ним, Иган купил талончик и осторожно последовал за объектом через ярко раскрашенный переход от главной станции метро до платформы, где останавливался челнок. В отличие от улиц под землей было полно людей. Вытаращив глаза, туристы знакомились с тоскливой, шумной, безликой продуктивностью хваленой транспортной системы Нью-Йорка. Потоки угрюмых жителей из отдаленных районов города, в числе которых многие были с детьми, устремлялись наверх на воскресные экскурсии по Манхэттену и спускались обратно. Иган должен был проталкиваться через эти потоки, чтобы держать Жеана в поле зрения.