Книга Вишенка на кактусе, страница 29 – Дарья Донцова

Крылова вынула из кармана носовой платок и прижала к лицу.

– На самом деле дворни у них было полно, было кому за животными глядеть… Ну и дальше как? Я каждое утро по-прежнему к Максимовым бегом, увольняться – ни-ни! Получать оклад, как у президента, – и не работать? Осталась управляющей. А потом Николай Максимович внезапно умер, и недавно вот Римма Федоровна ушла. Лиза хозяйкой стала, особняк немцам сдала, ко мне порой приезжает. По завещанию хозяина, мне от него пенсия положена до самой смерти – Елизавета ее исправно платит… Ей бы замуж за хорошего человека…

Валентина помолчала, открыла дверь в дом и тихо сказала:

– Простите, разболталась. Вы же приехали не мои воспоминания слушать. Пойдемте в столовую. Ключики от машины сюда, на столик под зеркалом положите. У меня попугай живет, он что угодно откроет, любую сумку, вытащит связку – балуется так. Но то, что в холле лежит – уж не знаю по какой причине, – не трогает.

Я пошагала за Крыловой и услышала лай. В просторный холл выбежали три собаки и вышли два кота. Я всех погладила, а потом мы прошли в столовую.

Меня усадили за стол, налили чай, хозяйка внимательно выслушала меня и ахнула:

– Боже! Господи! Кому такая чушь собачья в голову взбрела?! Этакое придумать! Лиза – родная! В детстве была прямо вылитая Римма, потом стала копией отца. Хозяйка сокрушалась, что девочка на папу внешне похожа становится, а в мать характером пошла. Лучше было бы наоборот. Николай Максимович был замечательным человеком, умнейшим. Но Аполлоном его не назвать, стройностью он никогда не отличался. Лизок в подростковые годы прямо его копией была, такой же крепенькой, пузатенькой, аппетит был у нее хороший. Мать ей запретила в кровати перед сном жевать.

Валентина рассмеялась.

– А девочка-то сообразительная! Она днем вкусностей исподтишка наберет, спрячет, а когда спать ее отправляли, покорно в детскую убегала – и давай там пировать.

– Максимовы считали Елизавету своей дочерью?

– Считали?– переспросила бывшая няня. – Зачем им что-то считать, когда Римма Федоровна беременной ходила? Токсикоз ее мучил так, что ой-ой просто! Николай Максимович перестал одеколоном пользоваться, а повар готовил не в особняке, а в доме, где прислуга живет. Мутило хозяйку не по-детски, но она только радовалась.

Валентина налила мне еще чаю.

– Дело-то вот какое. Николай Максимович до Риммы Федоровны в браке не состоял, детей не имел. Жили они, жили, сначала надеялись, что получится наследник, потом рукой махнули. И вдруг хозяйка забеременела. Возраст уже, прямо скажем, не совсем юный, за сорок, а будущему отцу на пару лет больше. Неведомы нам пути Господни. Не давал Бог детей Максимовым, не давал, – и получите, в таком возрасте, когда уже ждать перестали!.. Елизавета для родителей стала прямо светом в окне. Они ее баловали, но не испортили. Замечательная девочка выросла, умная, золотая медалистка, от нее всем только радость. Хорошо, что отец успел увидеть, как доченька высшее образование получила, работать начала, карьеру хорошую делает. Да еще красавицей стала, постройнела!

Крылова убрала с лица прядь волос.

– Жаль, что Лизонька пока не замужем. Но, наверное, судьба у нее, как у отца с матерью, создать семью не сразу, а родить за сорок. Сейчас это нормально. Наверное, генетика у Максимовых такая. Ведь у Риммы Федоровны и Николая Максимовича не сразу дочка получилась, и поженились они не в студенческие годы, и беременность у хозяйки непросто шла. А родила быстро. Ну, Ирина Николаевна прекрасным врачом была. Они с Риммой Федоровной вместе в школе учились. Ирина Николаевна потом стала врачом, это она у Риммы Федоровны роды принимала. Правда, потом женщины раздружились. Почему? Не знаю. Думаю, Римма Федоровна вся в доченьку ушла, ни на кого другого времени у нее не осталось.