Книга Вишенка на кактусе, страница 49 – Дарья Донцова

– И что? – удивилась я. – Разве есть закон, который запрещает носить вещи белого цвета тем, кому слегка за тридцать?

– За тридцать, – хихикнула Галина. – Спасибо, солнышко. Думаешь, меня не посчитают дурой?

– Кто? Члены семьи?

– Нет-нет, они все как раз говорят, надо непременно в белом, – улыбнулась невеста.

Я махнула рукой.

– Что другие подумают, неинтересно.

– Твоя правда! – обрадовалась тетя Галя и ускакала галопом.

В ту же секунду передо мной возникла бабуля с фотографией.

– Смотри! Вот баба Наташа с корзинкой. Правда, снимок сделали в сороковые годы прошлого века.

– Ага, – пробормотала я, – это не плетенка для грибов. Две косы, уложенные на затылке. Ясно! Нет проблем!

– У Натальи Николаевны волос почти нет, – прошептала Белка. – Ума не приложу, что делать. Она про эту корзинку третий день говорит.

– Времени мало, веди бабу Нату сюда. Будет ей корзинка! В стразах! Хорошо, что прихватила все с собой.

– Понятия не имею, как ты подобное соорудишь, – заломила руки бабушка и умчалась, а я открыла второй чемодан и принялась в нем рыться.

Надевание парика заняло десять минут. Когда я вывела бабушку Наташу в гостиную, сначала повисла тишина, а потом незнакомая мне женщина ахнула:

– Мама, это ты?!

– Вот! Дожила! – рассмеялась старушка. – Родная дочь не узнает!

– Откуда у тебя столько волос? – продолжала полная дама в ярко-зеленом костюме.

– От родителей, – гордо ответила баба Наташа. – Отстань, Танька!

– Баба Ната, ты ваще модная! – закричала девушка в ярко-розовом наряде. – Вся в стразах!

– Если команда готова, то нам пора! – скомандовал дядя Петя. – А где моя типа невеста? Ау!

В комнату медленно вошла тетя Галя. Родственники во второй раз за короткое время лишились дара речи.

– Ежкин кот! – выдохнул дядя Петя. – Ну прямо как сто лет назад! Галюшка, ты свой наряд сберегла?

– Платье какое! – прошептала девица. – Кружева! Винтаж! Тетя Галя, как ты в него влезла? Фигура у тебя, конечно, огонь!

– Впихнулась кое-как, – хихикнула невеста. – Правда, дышать тяжело. И кашлять и чихать не надо, а то по швам треснет. Но ради красоты можно потерпеть.

– Прекращайте болтать, поехали! – велел дядя Петя. – Степашка, ты на машине?

Я молча кивнула.

– Вот! Все всегда на машинах! – заныла девушка, горестно вздохнув. – А я безмашинная! На метро в час пик!

– Как впихнешься в вагон, сразу улыбайся, – посоветовала тетя Галя. – Мы с Петей так познакомились.

– Ага, – подтвердил мужчина. – Битком набито, на одной ноге стою. Все хмурые, потные, душно. И тут входит Галюша! Улыбка до ушей! Радостнее нее только собачка, которая кусок колбасы получила. Я – за ней! Прямо как бегемот впиховывался!

– Такого слова нет, – фыркнула девушка.

– Нос у тебя, Варька, не дорос, чтобы родному дяде замечания делать, – тут же одернула внучку баба Наташа. – Ты сначала добейся такой зарплаты, как у Пети, а потом выпендривайся.

– Глагола «впиховываться» не существует, – решила не сдавать позиций Варвара.

– Интересное дело! – удивился Петр. – Я его использую, а его нет?

– Нет, – настаивала на своем Варя. – Следует иначе выражаться.

– Как? – хором спросили все.

Девица вздернула подбородок.

– Впихунькиваться. Это всем известно, кроме тех, кто по русскому языку в школе одни двойки получал.

Стало тихо, потом бабушка Ната покачала головой.