Онлайн книга «Глухое правосудие. Книга 1. Краснодар»
|
Титов медленно кивнул. — Все верно. — Вот только Подставкина соврала! В тот день звонила не она, а ее дочка. Ника ждала, что Титов начнет спорить и доказывать, что лично проверял показания Подставкиной. Что мать хирурга была не в полной отключке и слышала голос невестки, а дочка в это время гуляла с подругой. Ника полагала, что свидетели либо что-то путают, либо намеренно прикрывают Подставкину, но сейчас дело было в другом. Титов даже не удивился! Он опустил голову и потер шею. Уши его слегка покраснели. — Ты знал… — озвучил мысли Ники Кирилл. Он позабыл про свой телефон и изумленно смотрел на бывшего следователя. — Ты знал, что она сфабриковала алиби! Титов попытался выправить ситуацию: покачал головой и даже глаза округлил, разыгрывая удивление. — Сфабриковала? Нет, это невозможно! Однако актер из него был примерно как из Ники звукооператор. — Ты знал, — повторила она вслед за Кириллом. — У тебя это на лице огромными буквами написано! Но почему? Как так вышло? Почему этого нет в материалах дела? Титов молчал, сжав губы. На его щеках алели пятна, даже шея покраснела. Он смотрел в сторону, словно надеялся, что, если не встречаться с собеседниками взглядом, про него забудут. Кирилл придвинул свое кресло почти вплотную к креслу бывшего следователя. — Если расскажешь правду, это останется между нами. В противном случае нам придется идти к Голиченко. Он говорил спокойно и уверенно, будто и в самом деле собирался сдать Титова бывшим коллегам. Вот из кого получился бы прекрасный актер! Ника знала, что с Голиченко они будут общаться в самом крайнем случае. Титов облизал губы, качнулся вперед-назад и прошептал: — Поймите, тогда все выглядело как самоубийство. Ника тоже пододвинула кресло, и теперь они сидели в кружочке, почти как закадычные друзья — они с Кириллом наклонившись вперед, а Титов, наоборот, вжавшись в спинку кресла, словно стараясь сохранить максимальную дистанцию. — Рассказывай, — твердо произнес Кирилл. Титов выдохнул, опустив плечи. — Девочка потеряла отца… я просто… ей и без того досталось, я не хотел лезть с расспросами. Тогда неважно было, кто звонил. Хирург покончил с собой, какая разница, с кем он говорил по телефону? Ника потеряла дар речи. Как это какая разница?! — Ты не хотел допрашивать девочку? — ровным голосом поинтересовался Кирилл. Титов провел ладонью по волосам. — Да. Ее отец погиб. Каким человеком надо быть, чтобы заставлять ребенка… — И ты записал в протокол, что звонила жена. — Кирилл пристально смотрел на Титова. — Ты подделал документы и тем самым помог возможной убийце уйти от ответственности. Я правильно излагаю? Уши Титова пылали красным, не уступая шее и щекам. — Тогда об убийстве речь не шла. Все указывало на самоубийство. Я просто не хотел… — Но Подставкина убили! — не выдержала Ника. Кирилл сжал ее трясущиеся пальцы. Нужно успокоиться. Нужно выяснить правду. Однако в голове не укладывалось, что следователь обеспечил подозреваемой алиби. Как такое вообще возможно?! — Ты сам доказал, что это было убийство. — Ника старалась говорить спокойно, но голос дрожал, выдавая эмоции. — А потом закрыл глаза на такую мелочь, как ложные показания! Что, если это она убила собственного мужа? А ты помог ей отвертеться! — Нет. — Титов сжал кулаки и выпрямил спину. — Я все проверил, это не она. Подставкина в тот вечер была в парикмахерской, свидетели это подтвердили. Она никак не могла… |