Книга Смерть на голубятне или Дым без огня, страница 51 – Анна Смерчек

На пороге молодых хозяев усадьбы и их гостя встречал управляющий, доложивший, что чай подан в столовой и что Марья Архиповна страдает мигренью и не спустится.

– Тетушка боится дурных вестей, – пояснила Ивану Никитичу Татьяна. – Вы ведь помните, она сделала из письма вывод, что маменька хочет свести счеты с жизнью. Мы с Боренькой уверены, что это полная ерунда! У maman никогда подобных мыслей не было.

– Искренне надеюсь, что Марья Архиповна заблуждается! Но вы полагаете все-таки, что с отъездом вашей матушки что-то может быть нечисто? – спросил Иван Никитич, обращаясь больше к Борису Савельевичу. – Я делаю такой вывод вовсе не потому, что обстоятельства кажутся мне подозрительными, а исключительно только оттого, что вы сочли необходимым обратиться в полицию.

– Такой скоропалительный отъезд – это совсем на maman не похоже, – озабоченно подтвердил Борис. – Уехать, ни с кем не попрощавшись! Да еще накануне сезона закупок сырья для нашей фабрики. Она бы ни за что так не поступила. Нет, я полагаю, что мы должны подать заявление в прессу. С ней мог произойти какой-то несчастный случай. Может, она в больнице, лежит в беспамятстве. Или в доме у каких-нибудь добрых людей, которые оказывают ей помощь.

– Нет, несчастного случая быть не могло, – возразила Татьяна. – Ты как будто забываешь о ее письме. Несчастный случай она ведь не могла бы предвидеть.

– Верно, верно… Это несуразное письмо! Так вы, Иван Никитич, с матушкой не были знакомы?

– Вот ее карточка, посмотрите, – Татьяна взяла с изящного столика рамку с фотографическим портретом и протянула его писателю. – Это поможет вам составить словесное описание для объявления в газеты. Это ведь так делается? Матушка довольно высока ростом для женщины. Тетушка всегда находила ее слишком худой, но мне так никогда не казалось. Это тетя свою полноту так оправдывает. Волосы у maman темно-русые, почти совсем еще без седины, а глаза карие.

Иван Никитич прилежно занес в свой блокнот описание пропавшей купчихи. С фотографической карточки на него смотрела женщина, которую пустой ценитель внешности оставил бы без внимания. Черты лица КатериныВласьевны были самые что ни на есть обыкновенные, она смотрела в камеру строгим прямым взглядом, без малейшего кокетства или желания показать свою привлекательность. Иван Никитич считал в чертах этого лица сильный характер и упрямство того доброго свойства, какое позволяет человеку воплощать свои замыслы в жизнь.

– Может, были какие особые приметы? – уточнил Иван Никитич.

Брат и сестра переглянулись.

– Разве что ее характер, – пожал плечами Борис. – Не вздорный, как бывает, знаете, у богатых дам. Нет, напротив. Хотя она никогда не боялась поступать всем наперекор.

– Строга была к вам? – уточнил Иван Никитич.

– Вовсе нет, – покачала головой Татьяна. – Матушка даже на прислугу голоса не повысит. Если человек хорошо работает и все ее пожелания аккуратно исполняет, то она будет с ним ласкова. Но если кто ленится, она заметит и сделает замечание. Один раз скажет, другой, а потом, если не по ее слову выходит, просто укажет за дверь. Она всегда повторяла, что времени у нее не так много, чтобы на ерунду его растрачивать.

– Немного времени? Так, может, она болела чем-нибудь и скрывала это? И в связи с этим решилась все отписать семье и уехать?