Онлайн книга «Смерть на голубятне или Дым без огня»
|
– И все же расскажите! – настаивала хозяйка. – Я и сама натура мечтательная. Я люблю читать новые книги, особенно, когда есть уже рекомендации, когда автор уже сделал себе имя. – Скажите, Марья Архиповна, а вы читали Стивенсона? – Как? Стивенсон? Не припоминаю. Из англичан мне больше всех нравится Грандисон. – Нет-нет, это совсем другой писатель. Роберт Стивенсон. У него есть одна вещь, точнее сказать несколько рассказов о принце, который путешествует инкогнито. Однажды он узнает о клубе, в который принимают тех, кто желает покончить с собой. В клубе их избавляют от необходимости делать это самим. По воле игральных карт один из членов этого клуба становится убийцей, другой – жертвой. Что если Катерина Власьевна прочла об этом, приняла вымысел за чистую монету и отправилась на поиски этого клуба? Или, может, она узнала о том, что кто-то решил воплотить в жизнь замысел Стивенсона и на самом деле учредил клуб самоубийц? – Вы думаете, такой клуб существует? Но это было бы просто ужасно! Я, признаться, не люблю читать такие кровавые драмы! – воскликнула Марья Архиповна. – О нет, повествование ведется скорее в ироническом ключе, – постарался успокоить даму писатель. – Ироничное повествование о таких трагедиях? Что за жуткие нравы у них там, в Британии! – Марья Архиповна была искренне возмущена, но Иван Никитич не сдавался: – Если бы вы прочли, вы поняли бы, в чем заключается соль повествования… – О какой книге вы говорите? – за спором Купря не заметил,как в комнату вошла Татьяна Савельевна. – Добрый вечер, Иван Никитич! Вы уже вернулись из Петербурга? Я услышала ваш голос из матушкиной комнаты и подумала, что вы приехали с новостями! – Увы, мне не удалось застать дома господина Девинье, – покачал головой Купря. О том, что ему рассказал дворник он решил пока умолчать. Дочери вряд ли приятно будет узнать о тайных визитах к французскому художнику некоей барыни, похожей на ее мать. В конце концов, дворник мог и ошибиться. – Я узнал только, что француз уже несколько дней не появлялся у себя на квартире. У вас, надо признать, больше новостей, чем у меня: и полиция ведет розыск на озере, и вот еще тут… Иван Никитич осекся и перевел взгляд на Марью Архиповну. Та порозовела щеками и опустила глаза. – Тетушка? – забеспокоилась Татьяна. – Вы что-то вспомнили? – Ах, Танечка, я знаю, ты всегда прощала мои слабости. Я ведь и не желала ничего выведывать. Я всегда стыдилась того случая. Но теперь, в сложившихся обстоятельствах, превозмогла себя и решилась рассказать. Дело в том, что я однажды случайно, ненароком прочла несколько строк из дневника твоей матушки. Татьяна вскинула глаза на тетушку, сжала на груди руки. – Она писала о том, как устала, и как тяготит ее бремя забот о деле покойного мужа, моего брата, и уже тогда упоминала отдых в райском саду. Как я виновата перед вами, что недостаточно серьезно отнеслась к этим ее словам! Ведь я давно уже знала, какая ужасная мысль вселилась в ее голову. Марья Архиповна закрыла лицо платком. Иван Никитич не сводил глаз с Татьяны. Кажется, откровенность тетушки совсем не впечатлила ее. Напротив, в уголках губ затаилась как будто усмешка. «Эк она смотрит на свою тетку! – удивился Купря. – Словно на малого ребенка, которого жаль, но которому не разъяснить его малоумия. Ведь что-то она знает! Да почему же молчит?» |