Онлайн книга «Смерть на голубятне или Дым без огня»
|
– Доктор! – Иван Никитич даже подскочил на месте. – Вы не слыхали, все ли с ним благополучно? Я, признаться, только днем узнал об ограблении. И как я мог сейчас забыть? Мне непременно надо ехать теперь к нему! Глава 14, В которой наш герой навещает доктора На коляске, любезно предоставленной Борисом Савельевичем, Иван Никитич мигом докатил до больницы. Все окна там были темны, ничего не оставалось, как ехать к доктору домой. По дороге Иван Никитич уже вполне успел убедить себя в том, что его другу крепко досталось при нападении на его кабинет. «Почему я не расспросил как следует пристава о том, что случилось? Эх, и зачем я только поехал к Добытковым, да еще остался там на обед! – сокрушался Купря. – Что если бедный Лев Аркадьевич лежит весь день один и некому даже позаботиться о нем?» Доктор отворил дверь сам, чем немало успокоил своего приятеля. – Лев Аркадьевич, дорогой! Как я рад видеть вас в добром здравии! – воскликнул Купря. – Не застав вас в больнице, я уже черт знает что вообразил себе! – Напрасно. Я не пострадал, – бодро отвечал Самойлов, широко открывая дверь и впуская писателя в дом. – Злоумышленник пробрался в мой кабинет, видимо, еще ночью или ранним утром. Когда я пришел, сестра уже заметила разбитое окно и послала за городовым. Сразу было видно, что урон нанесен небольшой. Я поначалу даже подумал, что вора спугнули. Он открыл шкаф и разбил три или четыре склянки. – Пристав – я случайно встретил его в трактире – полагает, что это был приезжий человек, – рассказал Иван Никитич. Лев Аркадьевич в ответ напустил на себя загадочный вид и со значением молчал, пока писатель устраивался на диване. – Или вы кого-то подозреваете? – насторожился Купря. – Я поначалу решил, что вор залез за морфием. Врачебные кабинеты нередко пытаются ограбить. У нас уже был как-то подобный случай. Я попросил сестру проверить все по описи. Как ни странно, ничего не пропало, если не считать пары разбитых бутылочек с простыми микстурами. Тут как раз явился наш славный Василий Никандрович, и при виде его мне в голову тотчас пришла одна идея. Тут ровно та же идея осенила и Ивана Никитича, он вскочил с дивана, ахнул и прикрыл рот ладонью. – Вижу, и вы о том же подумали! Уж не прознал ли злоумышленник, что я взял улику из карпухинского дела и держу ее у себя в кабинете. Я обыскал весь свой стол, пересмотрел все бумаги. И моя догадка подтвердилась! – Вор влез в кабинет, чтобы украсть обрывок письма? – Иван Никитич опустился обратно на диван, схватил и принялся от волнения терзать вышитую подушку. –Но зачем? Там ведь решительно ничего нельзя было прочесть! – Вор мог об этом и не знать. Очевидно, он полагал, что эта записка может уличить его или кого-то замешанного в этом деле. – Но если это так, то… – Иван Никитич во все глаза смотрел на Самойлова, – то это значит, что Карпухин мог слететь с голубятни вовсе не из-за того, что просто поскользнулся. Накануне вечером некто явился к нему и попытался отобрать письмо. Карпухин воспротивился, и тогда этот некто силой вырвал у него письмо и столкнул несчастного с высоты на землю. Или он упал в то время, как они боролись. И только уже потом неизвестный обнаружил, что завладел только частью письма. Откуда бы иначе злоумышленник мог узнать о существовании этой записки? |