Книга Измена. В ловушке, страница 21 – Дина Павлова

— И как же он ее купит? Заработает?

— Конечно… — кивает Марина.

— Заработать можно только геморрой, моя девочка, — усмехается мама и, подавшись вперед, добавляет, совсем шепотом, — это я тебе как работник торговли говорю.

— Я вам говорю как дочь депутата, — улыбается любимая, — Заработает. Помяните мое слово.

— Ну раз дочь депутата…

— Депутата Государственной Думы, между прочим.

— А ты прямо завидная невеста. — заключает мама, и тут я понимаю, что самая страшная фаза прошла. Марина моей маме понравилась. И пусть не сама, а статус, но это огромный прорыв. Теперь осталось отвоевать эту квартиру у Вики и все будет в шоколаде.

Тетя Зина оказывается удивительной женщиной. Не задавая никаких вопросов, не пытаясь заниматься нравоучениями, она нас кормит вкусным ужином и отводит в комнаты для сна. Мне и Егорке достается спальня с большой кроватью, а Вере — крохотная детская с деревянной белой мебелью. Туда же, превозмогая усталость, я ставлю аквариум с измученными рыбками. И как они выжили после такого переезда? Но слава богу, хоть тут у ребенка не будет стресса. Правда после поведения отца куда уж больше.

Уложив детей спать, я сама наконец могу свернуться в комок и поплакать. Мне очень хочется излить эмоции, хочется как-то выплеснуть скопившуюся боль. В голове возникает образ Марины. Закрыв глаза, я представляю ее снова и снова: каждый кусочек ее тела, глаза, ухмылку, жесты, голос… Красивая ли она? Мне всегда казалось что девушки подобного типа, кто так беспардонно перекраивают свою внешность не то чтобы уродливы… Нет, так говорить неправильно. Они на любителя. Но я никак не думала что подобным любителем окажется мой муж!

И, лежа в полной темноте, слушая ровное дыхание сына, я теперь испытываю жгучее чувство стыда. За то что не смогла быть привлекательной для своего мужа, за то что набрала лишние килограммы, за то что запустила себя… Да за то что не справилась! Пока Максим делал карьеру, я сидела дома. Но ведь у меня не было выбора! На руках Егорка. Я тоже не лежала целыми днями, я каждый час билась чтобы победить его болезнь!

И я проиграла. Проиграла своего мужа первой попавшейся губастой стерве. Зачем он ей? Неужели она не понимает, что лишает детей отца? Должен же быть стыд у человека. Хотя… У них обоих стыда нет. И хоть плачь, хоть не плачь, а ничего с этим не сделаешь.

Засыпаю я в слезах, а когда просыпаюсь, за окном поднимается солнце. Я не сразу вспоминаю где я и что произошло накануне, но уже через несколько секунд память услужливо подбрасывает мне картинки вчерашнего дня. Они мелькают как калейдоскоп, и я снова чувствую обиду и разочарование своей жизнью. Руки опускаются. Кто мне поможет? А ведь я еще и беременна… Это тупик, безысходность.

Но, взглянув на красивое, мирно спящее личико Егорки, я осознаю, что не должна отчаиваться. Жизнь не ограничивается мужчиной. Предательство — это больно, но я выживу, куда я денусь.

На цыпочкахвыхожу из комнаты. Неловко в чужом доме — понятия не имею какие тут порядки и правила, до скольки спит хозяйка, что можно трогать, а что нельзя. Но если я тайком доберусь до кухни, ничего же? И пока я спускаюсь со второго этажа на первый, хлопает входная дверь, и на пороге появляется тетя Зина. Вот так. Пташка она ранняя. Увидев меня, широко улыбается: