Книга Бывшие. Двойня для босса, страница 23 – Алла Ларина

– Вам нужен был просто чёрный кофе? – с трудом удерживая на лице выражение лёгкого удивления, тянусь за чашкой. – Вы не уточнили, а я не подумала. Приготовила такой, какой сама пью.

Вообще-то, я уже давно не пью кофе. С самой беременности, с тех пор как меня в первый раз затошнило от этого запаха. Первый и единственный раз после долгого перерыва был, когда я на днях заходила в кофейню и брала латте. И до беременности только этот вариант пила. Но не уверена, что Давид помнит про меня такие детали. Точнее, уверена, что не помнит!

– Не надо! – мужчина резко придвигает к себе напиток. – Меня всё устраивает! Давайте к делу!

– Хорошо, – пожав плечами, снова склоняюсь над документами.

Мы довольно быстро разбираемся со всеми косяками и ошибками. Я, правда, пару раз подмечаю на себе взгляды мужчины. И они какие-то… странные!

Если бы у меня хватило самоуверенности заявить, что могу прочитать чужой взгляд, то я бы сказала, что Мещерский смотрит… обречённо.

Так, словно случилось что-то, чего он ожидал, но надеялся, что этого не произойдёт!

И это настолько ставит меня в тупик, что я не знаю, что и подумать.

В итоге даже без возмущения реагирую на его просьбу, больше похожую на приказ – задержаться ещё на час, чтобы «добить» инструкции, которые нужно перевести для новой модификации оборудования, оно придёт после подписания договора.

– Хорошо, – киваю спокойно. – Но сразу предупрежу – я сначала позвоню домой. Смогу задержаться, если там всё в порядке.

– Да, конечно, – Давид поднимается и отходит к окну, разворачиваясь ко мне спиной.

Встаю и тянусь забрать чашку, из которой он так и не сделал больше ни глотка.

– Оставьте! – он рявкает так громко и внезапно, что я вздрагиваю и роняю на пол бумаги, которые держала в руках.

– С ума сошли, так пугать?! – выпаливаю на автомате, прижимая руку к сердцу.

– Извините, – выдавливает мужчина. – Просто… идите. Идите и… что вам там нужно… звоните домой.

Кидаю на него взгляд исподлобья и решаю убраться подобру-поздорову, пока предлагают. Вот только когда прикрываю за собой дверь кабинета, успеваю заметить, что Давид, подойдя обратно к столу, осторожно берёт чашку в руки и подносит к лицу, словно принюхиваясь к содержимому.

Покусывая губы, откладываю подобранные с пола и принесённые с собой документы. Набираю тётю Нину, которая за прошедшие годы так и не изменила своей привычке и звонки принимает только на старый городской телефон.

– Тёть Нин, это я, – говорю, когда тётушка берёт трубку. – Как там у вас дела? Как мальчики?

– Всё хорошо, Лин, – отвечает она спокойно. – Даже не переживай. Парни поели, сейчас возятся с кастрюлями на кухне.

Невольно улыбаюсь. Мои близнецы, как и многие дети, научившись ходить, лучшими игрушками стали считать то, что можно вытащить из нижних ящиков и с кухонных полок. Так что всё опасное мы с тётушкой убрали наверх, а ковшики, поварёшки и лопатки прекрасно занимают мальчиков.

– Я тогда немножко задержусь на работе? – говорю полувопросительно.

– Да, конечно… Егор! А ну, не толкай Юру! Ладно, Лин, я пойду! – быстро говорит тётя Нина и отключается, а я, выключив мобильный, усмехаюсь и качаю головой.

Сорванцы.

– Вы говорили, что этого не повторится! – доносится до меня вдруг гневный голос.

Вообще-то звукоизоляция тут должна быть хорошая, но то ли я неплотно прикрыла дверь, то ли Мещерский действительно говорит чересчур громко…