Книга Паладин, страница 108 – Анна Раф

Рассвет придал паладинам сил. В то время, как у них открылось второе дыхание, Фринрост уже беспорядочно метался, в попытках спасти свою шкуру. Лишь один из его противников был так же уязвим, как и он. Миноста билась до последнего, но в конце концов сдала позиции, оказавшись в полном окружении все нарастающих зубов. Может быть, Крэйвел и мог бы ее спасти.Но он видел, как каждый замах булавой давался ей все тяжелее, как гаснет свет в ее глазах и как слаба ее магия. Крэйвел не стал отнимать у нее долгожданную смерть. Это был хороший конец. Славная победа. Лучше, чем спиться в кабаке.

Дотянуть осталось совсем немного. Фринрост корчился и бился в отчаянии. Направив все свои силы против одного врага, он оголил себя в других местах, отряд паладинов резво добивал его. Лирэй и Хьола не сразу заметили, что их стало меньше, Миноста встретила свою смерть без единого вскрика.

Крэйвел и сам был бы рад умереть в этом бою, но очень уж хотел знать, что там с Солигостом, так что несмотря на отчаянные попытки Фринроста сожрать Крэйвела следующим, паладин с удивительным для него рвением боролся за жизнь.

В последней попытке спастись демон метнулся обратно в человеческое обличие. Фринрост предстал перед противниками нагим и дрожащим, он хватался за голову и, казалось, не понимал, что происходит.

Хьолу эта метаморфоза смутила, она отступила и устало припала к стене, наблюдая за безумным человеком перед ней, рука ее не поднималась и из жалости, и от усталости. А вот Лирэй с Крэйвелом, не стали давать Фринросту шанс на спасение, победа, за которой они так долго гнались, наконец-то на расстоянии вытянутой руки! Крэйвел позволил себе лишь поднять забрало шлема прежде, чем они с Лирэем одновременно вонзили свои мечи в его тщедушное тело, ренегат успел только вскинуть свой последний взгляд на Крэйвела. Рыцарь рока, преследовавший его целый век, все-таки настиг его. Крэйвел не мог припомнить ни одной победы, которая принесла бы ему такое же удовлетворение.

Лирэй, задыхающийся от кислотных паров сразу же поспешил на улицу. А Крэйвел глянул на Фелисию, без слов вопрошая ее о состоянии Джессвела. Она дала паладину знак, что все в порядке. Тогда Крэйвел позволил себе насладиться моментом. Наконец-то все жизни, что Фринрост погубил и судьбы, что он сломал, были отомщены. Орних, Тарих, Солигост и весь род Фрайхрайтов, множество прочих, чьих имен Крэйвел никогда не знал.

Хьола была слишком вымотана, чтобы радоваться, кроме того, к ней пришло осознание, что Миноста мертва. Девушка взглянула на Крэйвела, ища поддержки, она не представляла, что им следует с этим делать. Но Крэйвел не собирался ничего предпринимать. Хьола была нетак близка с Крэйвелом, чтобы понять, что он вовсе не скорбит и не расстраивается из-за гибели сверстницы, он радовался за нее. Миноста нашла достойную смерть. Для Хьолы Миноста была гораздо более близким человеком, она довольно много времени провела с ней в дороге и за кружкой спиртного. От могучей женщины, которая казалась Хьоле непобедимой, пусть и уставшей, остались только ошметки лат и булава. Крэйвел молча указал Хьоле на эмблему Миносты, завалявшуюся среди прочего хлама, сожранного, но не переваренного демоном. Хьола подняла значок и забрала себе. Крэйвел пошел на выход, не выражая больше никакого интереса к останкам.