Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 31 – Алиса Громова

Дамиан осторожно убрал руку. Выпрямился.

Лицо его снова стало жестким, но в уголках глаз остались лучики тепла.

— Он принял меня, — констатировал он шепотом.

— Он ребенок, Дамиан, — так же тихо ответила я. — Он верит в чудо. Не разочаруй его. Если ты наиграешься в отца и бросишь его… я тебя убью. Я найду способ.

Он шагнул ко мне, взяв за локоть.

— Я не бросаю то, что принадлежит мне, Лена. Никогда.

В этот момент дверь палаты открылась без стука.

На пороге стояла женщина. Высокая, в безупречном бежевом костюме, с укладкой, которая стоила как моя почка. Карина. Его бывшая невеста. Та самая, которая унижала меня на корпоративе.

Она окинула взглядом палату: спящего ребенка, Дамиана, стоящего слишком близко ко мне, и меня — в моих убогих штанах и свитере.

Ее губы скривились в улыбке, полной яда.

— Дамиан, дорогой. Мне сказали в приемной, что ты здесь. Я волновалась. Кто это? Твой новый благотворительный проект?

Запах её духов — резкий, сладкий, удушающий аромат туберозы и денег — ворвался в палату раньше, чем она закончила фразу. Он заполнил собой стерильное пространство, вытесняя запах лекарств и детской присыпки.

Миша завозился во сне, поморщился, словно почувствовал угрозу на инстинктивном уровне.

Дамиан среагировал мгновенно. Он не обернулся к Карине. Он сделал шаг в сторону, закрывая собой кровать сына, словно стальной щит. Его лицо, которое секунду назад светилось теплом, превратилось в каменную маску.

— Вон, — произнес он. Тихо. Голос прозвучал как щелчок затвора пистолета с глушителем.

Карина замерла. Её идеальная улыбка дрогнула, но не исчезла. Она привыкла к тому, что мир вращается вокруг её желаний, и отказ воспринимала как временную техническую ошибку.

— Дамиан, милый, ты слишком напряжен, — она сделала шаг вперед, цокая каблуками-шпильками по полу. — Я понимаю, ты занят… спасением сирот? Или это дочь твоей уборщицы?

Её взгляд — холодный, оценивающий, пустой — скользнул по мне. Она осмотрела мой растянутый бежевый свитер, мои старые брюки, мои растрепанные волосы. Я увидела в её глазах не просто презрение. Я увидела брезгливость, с какой смотрят на раздавленного таракана.

Мне захотелось провалиться сквозь землю. Сжаться в атом. Исчезнуть. В этот момент я ненавидела свою одежду, свою бедность, свою беспомощность так остро, что к горлу подступила желчь.

— Карина, — Дамиан повернулся к ней всем корпусом. Он не повысил голос ни на децибел, но температура в комнате упала ниже нуля. — Ты оглохла? Или мне вызвать охрану, чтобы тебя вывели, как бродячую собаку?

Её глаза округлились. Краска отхлынула от лица, оставив два ярких пятна румян на скулах.

— Как ты смеешь так со мной разговаривать? Из-за этой… этой оборванки?

Она ткнула в меня пальцем с идеальным маникюром.

— Кто она, Дамиан? Твоя новая подстилка? Ты опустился до уровня обслуживающего персонала?

Я вздрогнула, словно получила пощечину.

Дамиан шагнул к ней. Он двигался быстро,плавно, угрожающе. Карина инстинктивно попятилась, наткнувшись спиной на дверной косяк.

— Закрой рот, — прошипел он, нависая над ней. — И слушай внимательно, потому что я повторю это только один раз.

Он протянул руку и, не глядя, схватил меня за запястье. Рывком притянул к себе. Я ударилась о его бок, но его рука тут же обняла меня за плечи, фиксируя, прижимая, присваивая.