Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 32 – Алиса Громова

Это было собственническое объятие. Железное. Так держат то, что готовы защищать насмерть.

— Это Елена, — произнес он, глядя Карине прямо в глаза. — И она не персонал. Она мать моего сына.

Тишина.

Оглушительная, звенящая тишина.

Карина моргнула. Один раз. Второй. Её мозг отказывался обрабатывать информацию.

— Твоего… кого?

Дамиан кивнул на кровать, где спал Миша.

— Моего сына. Михаила Дамиановича Барского. Наследника империи, которую ты так хотела получить через постель.

Взгляд Карины метнулся к ребенку. Она увидела черные волосы, разбросанные по подушке. Увидела профиль. Увидела тот самый макет корабля, стоящий на тумбочке — подарок, который стоит больше, чем её сумочка «Birkin».

Её лицо исказилось. Маска светской львицы треснула, обнажая уродливую гримасу ярости и шока.

— Ты врешь… — прошептала она. — У тебя нет детей. Мы были вместе два года! Ты говорил, что чайлдфри!

— Я не хотел детей от тебя, Карина, — добил её Дамиан. Каждое слово — как гвоздь в крышку гроба. — Чувствуешь разницу?

Она задохнулась от возмущения. Перевела взгляд на меня. Теперь в её глазах была не брезгливость. В них была ненависть. Чистая, дистиллированная ненависть женщины, у которой увели приз.

— Ты… — прошипела она, глядя на меня. — Ты, дешевая дрянь… Ты его окрутила? Залетела и шантажировала?

— Охрана! — голос Дамиана, усиленный интеркомом на стене, заставил её вздрогнуть.

В коридоре послышался топот тяжелых ботинок. Через секунду в дверях выросли двое амбалов в форме клиники.

— Выведите эту женщину, — скомандовал Барский, не разжимая объятий. — И аннулируйте её пропуск. Если я увижу её ближе чем на сто метров к этой палате или к моему дому — вы все будете уволены.

— Дамиан! — взвизгнула Карина, когда охранник взял её под локоть. — Ты пожалеешь! Мой отец… пресса… я всех подниму! Я расскажу, что ты притащил в клинику какую-то нищенку и выдаешь бастарда за наследника!

— Попробуй, — Дамиан улыбнулся. Это была самая страшная улыбка, которую я когда-либо видела. — И я опубликую счета твоего «благотворительного фонда». И видео с той вечеринки на Ибице. Рискни, Карина.

Она побелела. Охранники поволокли её к выходу. Стук её каблуков затих в конце коридора.

Дверь закрылась.

Дамиан медленно выдохнул и разжал руку, державшую мое плечо. Я пошатнулась, лишившись опоры. Ноги дрожали так, что я едва стояла.

— Ты… — я посмотрела на него. — Зачем ты это сделал? Ты объявил войну.

— Война началась три года назад, когда ты решила поиграть в прятки с судьбой, — он поправил манжет рубашки, возвращая себе невозмутимый вид, хотя я видела, как на шее бьется жилка. — Я просто сделал первый выстрел.

Он подошел к кровати Миши, поправил одеяло. Мальчик спал крепко, ничего не слыша. Счастливый в своем неведении.

— Она расскажет всем, — прошептала я. — Журналистам. Партнерам. Завтра мое лицо будет во всех таблоидах. В этом свитере!

Дамиан повернулся ко мне. В его взгляде больше не было той мягкости, с которой он смотрел на сына. Там снова был расчетливый холод.

— Именно поэтому мы едем к стилисту. Прямо сейчас. Пока Карина добежит до журналистов, ты должна выглядеть так, чтобы ни у кого не возникло сомнений: ты — королева, а не пешка.

— Я не могу оставить Мишу! — я шагнула к кровати.

— С ним останется охрана. И моя мать, — он достал телефон. — Она уже едет сюда.