Книга Измена. У него другая семья, страница 90 – Диана Фад

— Деньги, кстати, нужно будет вернуть.

— Ккакие деньги?! — еще больше пугается почти белая невестка.

— За ребенка.

— Вы же сами согласились его взять!

— Согласилась взять своего, а не от чужого мужика.

— Я ничего не верну, у меня нет!

— Стоп, какие деньги, мама? Ты что, правда купила нашего ребенка?! — наконец, доходит до Михаила.

— Вашего, как оказалось, не купила, а вот чужого она мне продала, — указывает пальцем на Ксению.

— Мишенька, а может, ты как Рита с ее новым мужем? Примешь чужого, а? — снова обнимает мужа Ксения.

— В смысле, мне чужого усыновить, как своего? — оторопело смотрит на нее Михаил.

— Ты точно идиот, — качает головой свекровь, — Ксения, деньги должны быть через неделю, я не собираюсь платить за то, чего нет!

— Есть! Ребенок есть! — визжит Ксения, — Какая разница от какого он мужчины!

— Ты с кем еще встречалась, бл***! — подскакивает к жене Михаил и трясет ее, схватив за грудки халата, — Говорила, что только меня любишь!

— Так, я и любила тебя, а это случайно! — оправдывается жена.

— Отпусти мою дочь! — приказывает отец Риты, — Ксения, собирайся, мы уходим.

— Я не пойду отсюда, Миша, — плачет Ксения, — Ты же меня не прогонишь?

— Пошла вон! — топает ногами Михаил, становясь красно-бурым.

— Ничего, сынок, не волнуйся, найдем тебе достойную невесту, — пытается успокоить сына свекровь, — А эту по судам затаскаем!

— Ах, так! — встает в позу Ксения, моментально перестает лить слезы, — Тогда я требую развод! И раздел имущества!

— Чего-чего?! — снова подскакивает к ней Михаил, но на его пути встает отец Риты, — Какой еще раздел? Или ты думаешь, что я буду тебе платить за то, что прожил с тобой меньше, чем полгода?!

— Да, Мишенька! Все будем делить, до копеечки! — заявляет воинственно Ксения, — А ребенка можете забирать, вам же нужен был наследник. Мне он ни к чему!

— Рита, можно, мы с мамой к тебе сейчас приедем? — голос папы какой-то тусклый, словно он чем-то болен.

— Пап, а без мамы нельзя? — включаю ночник у кровати и смотрю время, час ночи.

Сергей тоже просыпается и смотрит на меня вопрошающим взглядом.

— У вас что-то случилось?

— Да, произошло кое-что, — уклончиво отвечает папа.

Кладу трубку и тянусь за халатом, когда Сергей перехватывает меня за талию и тянет к себе.

— Пора объявлять начало осады? — шутливо произносит, покусывая мое ушко.

— Не знаю, но у ворот парламентеры, — в тон ему отвечаю, обвивая руками за шею.

— Что хотят? — продолжает исследовать губами все свои лакомые места на моем теле Любимов, — Ворота не открывать, масло вскипятить, стрелы натянуть.

— Да брось, это всего лишь папа, — смеюсь, уворачиваясь от нежностей мужа, — И мама…

— Вот последнее даже меня пугает, — отстраняется Любимов и падает на свою подушку, — Эх, Ритка, знала бы ты, какой взрыв тебя ждет, — намекает на вынужденное воздержание Сергей, — Я красными крестиками уже весь календарь изрисовал, считая время до дня икс.

— Потерпишь, — фыркаю я и слетаю с кровати, так как меня уже намерились схватить и снова подмять под себя, — Посмотри за Макаркой, я вниз спущусь.

— Надеюсь, что мирные переговоры в час ночи не затянутся и ты вернешься в нашу холодную постель.

— Ничего, недолго осталось, — ворчу я, пока натягиваю на себя теплый халат и ищу тапочки.

В гостиной включаю свет и звоню охране, чтобы пропустили машину папы. Они с мамой появляются через двадцать минут. Мама держит на руках ребенка в голубом конверте, у отца в руках сумка.