Книга Измена. У него другая семья, страница 96 – Диана Фад

— Пропустите, — говорю охране и встаю из-за стола.

— Стоп, мужчины вперед, — игривой походкой Сергей огибает меня и идет к входной двери, — Это в пещеру к медведю зайти, пожалуйста, а с коброй я первый поговорю.

— Можно подумать, ты получаешь от этого всего удовольствие, — ворчу я.

— А то, я даже писаюсь от счастья, хочешь потрогать?

— Фу, иди уже, — подталкиваю его в бок, а сама остаюсь около входа в гостиную. Хочет разговаривать, пусть говорит.

— Ты можешь идти к детям, а то еще молоко прокиснет, — открывает дверь Сергей и елейным голосом, чуть не кланяясь, встречает Ксению, — Ой, королева пришла, дорожку красную постелить? — распинается Сергей.

— Шут, — огрызается Кения, однако в дом входит, — Из всех твоих мужей Рита, это самый худший.

— А мы вас не звали, вообще-то, — тут же встает на ее пути Сергей, — Чо хотела? — становится внезапно серьезным.

— Ребенка забрать, — показывает свои белые зубы Ксения.

Надо сказать, выглядит она замечательно, чуть поправилась после родов, но ей идет. Впрочем, она всегда умела одеваться и тут не удержалась заткнуть меня за пояс. Пришла при полном параде. Я в своей домашней шелковой пижаме с яркими подсолнухами на зеленом фоне смотрюсь довольно комично. Да и плевать, я не ждала гостей. Тем более не собиралась наряжаться для сестры.

Сама она в ярком синем полупальто, на ногах короткие лаковые сапожки на высокой шпильке, на шее голубой стильный шарфик, вруках дорогая брендовая сумочка из черной кожи. Интересно, как она ребенка собралась забирать? В сумочку положит?

— А мы не отдадим, — складывает руки на груди Любимов.

— Права не имеете, — тут же заводится Ксения, — Я его мать и могу забрать!

— Какая ты мать?! — спокойно произносит Любимов, — Ты хотя бы имя своего ребенка помнишь?

— Конечно, его назвали в честь нашего дедушки, мама захотела, — поджимает губы сестра, — Ребенка принесите, и я уйду.

— Зачем он тебе? Опять перепродать кому-то?

— Не ваше дело! Сына мне верни!

— А вот это видела?! — складывает перед лицом Ксении фигу Любимов, — Твой сын под нашей защитой, мы знаем все про Брагина, так что нет смысла таскать малыша из дома в дом. Слушай, Ксю, ты такая вот вся деловая, хваткая, а какого овоща отцу продаешь? Нам продай, что тебе стоит?

Я молча смотрю на все это, слежу за реакцией сестры. Видно, что такая мысль не пришла ей в голову, да и как придет, что ребенка можно родственникам спихнуть, а деньги за это получить?

— Давай, говори, сколько тебе нужно? Я так понимаю, тебе еще матери своего мужа бабло возвращать или вы полюбовно договорились уже?

— Нет, Полина Андреевна не такой человек, чтобы отказываться от своих слов. Если я не верну деньги… — я вижу испуг в глазах сестры, и мне на секунду становится ее жаль.

Но затем я вспоминаю маленького мальчика, который сейчас наверху один, брошенный всеми, выставленный на продажу и мою жалость, как ветром сдувает.

— Зачем вам чужой ребенок? Вы специально мне тут мозги пудрите, время тянете, только для чего? — хмурится сестра.

— А ты цену скажи, пиявочка наша жаднючая, а там видно будет, — скалится Любимов, — Мы, может, родственников всех под одной крышей хотим собрать, любвеобильные такие.

Давлю в себе улыбку, несмотря на серьезность ситуации, ну не могу я его слушать, чтобы не смеяться. Вроде серьезный разговор, а про пиявку меня торкнуло.