Книга В огне лета, страница 6 – Рада Нокс

Лена вцепилась в руку Егора. Она видела в Артёме привычный риск, но Кир... его манера гонки была пугающе спокойной. Ни рывков, ни лишних движений — только расчёт.

— Чёрт… он опасен, — пробормотал кто-то за её спиной.

На виражах Артём резко уходил в поворот, будто танцуя с асфальтом. Его кислотно-зелёный след вспыхивал огнём фар. Толпа ревела его имя: «Во-рон! Во-рон!»

Но Кир не отставал. Один раз он почти прижал Артёма к барьеру, и только мгновенная реакция спасла того от падения.

Финиш обозначали две старые бочки и яркая лента. Толпа гудела, готоваясорваться к победителю.

И в этот момент Кир пошёл на риск: на последнем прямом участке он резко прибавил, выходя вперёд. Лена замерла, сердце ухнуло вниз.

Но Артём будто ждал этого. Он вывернул руль так резко, что байк проскользил по мокрому асфальту, обгоняя Кира буквально на доли секунды.

Финиш.

Толпа взорвалась.

Артём поднял руку в знак победы. Ворон снова вырвал ночь на себя.

Кир остановился чуть поодаль. Он снял шлем и медленно посмотрел на Артёма, а затем — снова на Лену. Его серые глаза оставались холодными, спокойными, но в этом спокойствии чувствовалась угроза.

Толпа обступила Артёма, кто-то хлопал его по плечу, кто-то кричал: «Король трассы!» Марина уже пробиралась к нему, проверяя на ходу байк — привычка была сильнее любых эмоций.

— Ты рождён для этого, понял? — бросила она, но глаза её блестели от радости.

— Скажи это ещё раз, и я начну верить, — усмехнулся Артём, снимая шлем.

Егор и Лена стояли чуть в стороне. Она всё ещё пыталась перевести дыхание, но в груди не отпускало странное чувство.

Кир медленно проходил мимо. Толпа расступалась сама, будто чувствовала: этот человек не ищет компании. Он остановился на секунду рядом с Леной.

Серые глаза встретились с её взглядом. На миг время застыло. В его холодной тишине было слишком много — и тень, и обещание чего-то, что ещё не сказано.

Он ничего не сказал. Просто пошёл дальше.

Артём заметил это сразу: Кир слишком долго смотрел на Лену. Для кого-то — пустяк. Для него — сигнал. Лена была подругой его сестры, рядом с ней его друг Егор. Он не мог оставить это просто так.

Позже он перехватил Кира. Холодный воздух обжигал лёгкие, редкие фонари бросали резкие тени, и всё вокруг казалось чужим.

Кир стоял у мотоцикла и закуривал. Куртка скрывала татуировки, но Артём знал — там метки их общего прошлого, ожоги памяти, от которых не сбежать.

— Ты слишком внимательно смотришь на Лену, — тихо сказал Артём, подходя ближе.

Кир выпустил дым и чуть усмехнулся:

— Всё такой же прямой.

— Она подруга моей сестры. Егор — мой друг. Эти люди под моей защитой. Ещё раз так посмотришь — пожалеешь.

Кир склонил голову, уголки губ приподнялись:

— Ты говоришь так, будто забыл, кто ты. Забыл ночи, трассы… запах бензина, вкус крови на губах, звон денег?

Слова ударили, как кулак. Артём напрягся. Воспоминание вспыхнуло само собой.

…Трасса за городом.

…Чёрная ночь.

…Ветер рвёт лицо.

…Кир рядом — холодный, уверенный.

…Визг шин. Искры.

…Чужой байк, летящий в отбойник.

…Вспышка огня.

…Тишина.

Звук конца. Он до сих пор жил внутри Артёма.

— Я закрыл это, — выдавил он, сжав кулаки. — Я больше не там.

— А я там до сих пор, — Кир затянулся снова. — И не жалею. Мы брали больше за ночь, чем твой отец за месяц. И ты кайфовал не меньше меня.