Книга Дочь алхимика на службе у (лже)дракона, страница 65 – Яна Смолина

– Что ты болтаешь? – Котеб схватил её за руку, поворачивая к себе лицом. – Правитель Савлий, великий дракон, бессмертен и неутомим. Иначе зачем ему новые жёны каждые пять лет?

– Я не знаю, зачем, – искренне ответила девушка, выдёргивая руку. – Но телесная ипостась правителя настолько одряхлела, что я не удивлюсь, если слуги помогают ему передвигаться по комнате.

– Ты понимаешь, что несёшь? – теперь Котеб был не столько рассержен, сколько напуган, и голос его переходил на срывающийся, нервный шёпот. – Да за такие речи нас сейчас же отправят прямиком на виселицу. Тебе ничего не будет, жена придворного врача, а мы? Что будет с нами, глупая женщина, ты подумала? Мы уходим, – он схватил Наира за локоть и решительно поволок за собой.

– Я могу проникнуть в гарем и поговорить с ней, – твёрдо сказала Калли в спину удаляющимся мужчинам. – Мессима моя подруга и если меня в чём-то заподозрят, я ни слова не скажу о вас. Что мне передать ей, Наир? – она обратилась к убитому горем жениху.

– Скажи, что я всегда буду любить её, – ответил тот не оборачиваясь. – И что обязательно отомщу за нас, – добавил он, злорадно сверкнув глазами.

Наир незамедлительно получил от брата подзатыльник, после чего покорно побрёл под его конвоем к выходу из проулка.

Калли ещё некоторое время смотрела вслед удаляющимсястражникам. Не то, чтобы у неё был план. Она вообще не собиралась ничего подобного предпринимать, но любовь к несчастной Мессиме и отчаяние, которое поглотило Наира, отозвались в её сердце желанием сделать хоть что-нибудь. Оценив свои возможности, Калли коротко пожала плечами в ответ собственным мыслям. Следовало всё хорошенько обдумать.

Олгас Табиб редко бывал спокоен. За время их не самой типичной совместной жизни Калли привыкла к его неожиданным уходам на целый день, к его рискованным экспериментам, в которых сама же и принимала непосредственное участие. Старик даже во время работы у себя за столом, обложившись свитками и книгами, не мог успокоиться и поминутно вскрикивал, осенённый догадкой, злился, когда что-то не получалось, или спешно выискивал, куда бы записать свои мысли, чтобы не забыть важного.

Джамиль в последние дни редко появлялся в лаборатории. Всякий раз, когда Каллиопа спрашивала о нём, Олгас торопливо уходил от ответа. Когда она шла в город и навещала родителей парня, они лишь недоумённо пожимали плечами, не имея ни малейшего понятия о том, куда Олгас заслал их сына.

Тем вечером в комнате алхимика было особенно шумно. Табиб собирался наутро покинуть молодую супругу. Он всё также не удостаивал Калли объяснениями и не спешил посвящать в свои секреты, а на все вопросы отвечал короткое: «Потом, дочка. Мне некогда». Старик сновал из угла в угол, боясь забыть что-то важное, Каллиопа ходила за ним как привязанная и помогала по мере сил.

– Значит, так, – говорил Олгас, выволакивая с самой высокой полки шкафа деревянный ящик с инструментами, – завтра, когда буду уезжать, разбужу тебя. Начнёшь собираться. Слуга придёт и проводит тебя. Ты точно решила идти?

– Да, почтенный Табиб. Думаю, лишним не будет.

– Молодец, что предложила. Я даже и не подумал об этом ни разу. Привык. Но ведь куда лучше, если женщин правителя осмотрит врач.

– Как же вы лечили их?