Книга Красавица и свекровище, страница 44 – Евгения Серпента

«Нет, не по телефону».

После долгого молчания и прыгающих точек прилетело:

«Завтра к вечеру заеду. К тебе на работу».

Ясно, решил разговаривать на нейтральной территории. Меня это не слишком устраивало, но не в моем положении было диктовать условия, поэтому согласилась.

На самом деле я не представляла, что буду говорить. Попыталась продумать несколько вариантов и даже порепетировать перед зеркалом, но махнула рукой и решила действовать по обстоятельствам.

Вообще я была не из тех, кто строит разветвленные алгоритмы: если так, то воттак, а если так, то вот эдак. Наверно, поэтому не умела играть в шахматы, да и в любые другие игры, требующие просчета разных вариантов. К тому же и без того было о чем подумать.

Например, как вообще сосуществовать со свекровищей, если эта подстава ее рук дело. Даже если нам со Змеем удастся выкарабкаться из ситуации без терминальных потерь, она ведь не успокоится.

А еще меня очень сильно беспокоил Кит. И не только потому, что Люся была капитальной заразой. Я в принципе не особо понимала происходящее.

Ну да, случилась вот такая неприятность — хотя мне претило называть ребенка неприятностью. Любви особой нет, это очевидно. И прошли уже те времена, когда мужчина при таких обстоятельствах обязан жениться — как честный человек. Ясно ведь, что полноценной семьи не выйдет. Истреплют друг другу нервы и все равно разведутся, и еще неизвестно, насколько это ударит по ребенку.

И тут я снова вспомнила, как рассказала Киту о встрече с его отцом и о том, что надо сделать тест на ДНК.

Ксения Валентиновна

Прошла неделя, день свадьбы приближался, Макар молчал. Я уже начала нервничать.

Не получилось? Нет, деньги он, конечно, вернул бы, в этом я не сомневалась, но мне-то нужен был результат. Звонить и спрашивать не стоило.

Наконец, когда я уже окончательно извелась, пришло сообщение:

«Дело сделано. Приеду около семи с отчетом».

Я издала индейский вопль и оглянулась, как будто кто-то мог услышать. И только отсчитывая наличку, — никаких переводов! — задумалась.

Сделано-то дело сделано, а вот будет ли результат? Не хотелось бы отдать немалые деньги ни за что. Но это уже от Макара не зависело. Только от Димкиного здравого смысла.

К вечеру я разве что по потолку не бегала. Давление наверняка подскочило: в затылке противно бухало. Достала запылившийся тонометр, измерила, сказала «ого», выпила таблетку.

К счастью, Макар отличался пунктуальностью. Написал «около семи» — и без пяти семь позвонил в дверь.

— Это было трудно, — сказал он, сделав глоток кофе. — По словам человека, дама непокобелима. На цветы, сообщения, звонки не реагировала, от встречи отказалась. Пришлось действовать нахрапом.

— Серьезно? — разозлилась я. — Непокобелима, говорит? Или он сам ни на что не годен?

— Трудно сказать, — уклончиво ответил Макар. — Ваш сын застал их за поцелуем. Вот, полюбуйтесь. Фото я сделал лично, не фотошоп, не нейронка.

Открыв галерею в телефоне, он показал несколько фотографий. Какой-то мужик целовал какую-то бабу. Очень информативно. Впрочем, при увеличении Ирину все же удалось опознать. На другом фото четко получился Дима, а на последнем было уже что-то вроде драки.

— Поцелуй — это как-то маловато будет, — разочарованно сказала я, отдав ему телефон. — Я рассчитывала не большее.