Книга Господа гусары, молчать!, страница 43 – Евгения Серпента

— Ну, это сейчас пафосно звучит, может быть. А вообще, извини, кое-что в этом все-таки есть. А то интересно у тебя выходит. У матери — смешные блядки, а у тебя возвышеннаястрасть. Только потому, что ты на восемнадцать лет моложе и задница у тебя более упругая? Все-таки не мешало бы хоть немного узнать, с кем в постель ложишься.

Алена обиженно надулась, и отец поспешил перевести разговор на другую тему.

— Ладно, оставим это. Твоя жизнь, тебе ее в унитаз и спускать. С матерью тебе оставаться определенно не стоит, раз уж так все закрутилось. К себе не зову, со Светкой ты точно не уживешься. Денег дам, но с условием.

— Гостей не водить? — с сарказмом усмехнулась Алена.

— Квартиру я тебе сам найду, у Светы брат риэлтор. И сам буду за нее платить. Устраивает?

— Мне хоть посмотреть-то можно будет сначала?

— Можно. Хотел спросить, что ты думаешь об учебе за границей с осени, но, похоже, это уже не актуально.

Алена выразительно промолчала.

— Все, дочерь, спасибо за кофе, — отец встал. — Надо бежать. Как будут новости, позвоню. Потерпи немного. Постарайся не нарываться на конфликты. Как-то не хочется участвовать в опознании ваших трупов.

Он поцеловал Алену в макушку, быстро оделся и ушел. Вздохнув с облегчением, она вернулась к себе, сняла с себя все и блаженно нырнула под одеяло. Спать-спать-спать… Но не успела задремать — квакнул телефон: пришло сообщение в контактике.

«Ты учишься в субботу?» — писал Стас.

Ясно-понятно, телефон ее у него так в черном списке и остался. Чтобы сама не звонила. Поэтому и через ВК.

«Одна пара с утра».

«Приезжай потом. Я до вечера свободен».

Ага, вот как у них все будет. Может ли она, хочет ли — пофигу. Он свободен — подорвалась и полетела. Ну что ж, за что боролись, на то и напоролись.

— Ты сегодня странный какой-то, — сказала Кристина, взъерошив ему волосы.

Она была его любимой клиенткой. Не в том смысле, что Стас испытывал к ней какие-то чувства. Скорее, не испытывал негатива и даже сочувствовал. В двадцать лет Кристина попала в автокатастрофу, пришлось сшивать буквально по кусочкам. Никакая пластика не могла избавить ее от шрамов на лице и теле. Сейчас ей было тридцать, жесткий корсаж-корсет, полностью закрывавший грудь и живот, она не снимала даже с ним. Но, как ни странно, несчастье ее не озлобило. Кристина была мягкой, спокойной, очень доброжелательной. Только с ней Стас позволял себе расслабиться, поболтать по-приятельски за чашкой кофе с коньяком.

— Крис, я встретил девушку, в которую мог бы влюбиться, — вздохнул он, одеваясь.

— И что?

— А то, что я не могу себе этого позволить.

— Почему?

— Подумай сама, сколько я смогу скрывать, чем занимаюсь?

— Ты можешь заняться чем-то другим, — она пожала плечами, словно речь шла о том, чтобы вместо танчиков играть за компом в морской бой.

— Такие вещи рано или поздно все равно всплывают. К тому же ее мать — моя клиентка.

— Ни хрена себе! — присвистнула Кристина. — Да, это уже серьезно. Угораздило же тебя.

— Да вот так уж.

Он вышел, сел в машину, достал телефон. Так и подмывало позвонить Алене и узнать, как все обошлось дома. Но вместо этого зашел в контакт, выяснил, учится ли она в субботу, и предложил приехать после занятий. Да нет, не предложил. Получилось так, что едва ли не приказал. Как будто своим неожиданным приходом и согласием на его условия она дала ему власть над собой. От этого стало совсем паскудно.