Книга Сближение, страница 118 – Нонна Монро

Но теперь в моей жизни появилась Джиджи – маленькая девочка, похожая на ангела. У нее светлые волосы, большие карие глаза и доброе сердце. Она думает, что наши родители работают, когда они только и делают, что ищут новую дозу. Мать Джиджи торгует своим телом, предлагая себя всем, до кого дотянется. Ей плевать на дочь, поэтому мне приходится продавать наркотики, чтобы обеспечивать ее хоть какой-нибудь едой.

Я не должен привязываться к Джиджи, но с каждым днём беспокоюсь о ней все больше и больше. Мне страшно оставлять ее рядом с отцом. Вдруг он поступит с ней так же, как с мамой и Локки? Я не смогу простить себе еще одну смерть. Я не могу допустить, чтобы Джиджи пополнила этот список.

Она мило смеется, просит меня плести ей косички, потому что волосы слишком длинные и мешаются ей. Я заплетаю ей две передние пряди, чтобы они красиво висели рядом с лицом. Джиджи широко улыбается, а после обнимает меня. Она такая крохотная, по сравнению со мной, и нуждается в постоянное защите.

– Рэй, мне холодно, – каждую ночь шепчет Джиджи, и ее тело дрожит. Я бросаю взгляд полный ненависти на отца, сжимаю ее руки и согреваю их своим дыханием.

– Попробуй уснуть.

– Не могу. – Ее зубы стучат, и мне ничего не остается, кроме как стянуть с себя кофту. Холод сразу набрасывается на мою кожу. Меня начинает трясти, но я делаю вид, что все хорошо. Потому что Джиджи нужен кто-то, кто скажет, что все хорошо. Даже если это самая огромная ложь в ее жизни.

– Спи, Джи.

Ее зубы перестают стучать, дыхание выравнивается, и вскоре она засыпает. Я тоже пытаюсь уснуть, но мое покрытое синяками тело трясется на холодном бетоне.

Я ненавижу свою жизнь.

Не-на-ви-жу.

Мне десять, а я уже разбираюсь во всех видах наркотиков. Я продаю то, что убивает людей. Они захлебываются пеной, их тело сводит судорогой, а после глаза стекленеют. Я чувствую себя отцом, но не могу отказаться от этой работы, иначе Джиджи нечего будет есть.

Мне нужно вытащить ее отсюда. Мне нужно спасти ее, чтобы как-то искупить свою вину перед мамой и Локки.

В напряженной тишине до меня доносятся отголоски слов отца:

– Через пару лет она станет такой же шлюхой, как и ты. Сейчас мы можем продать ее девственность дороже.

Кровь в венах вскипает от ярости. Я продолжаю делать вид, что сплю, но в моей груди вибрирует низкое рычание. Джиджи тихо сопит, прижимаясь к моей спине и даря крохи тепла. И тогда я клянусь себе, что отец до нее не доберется

Он больше ни до кого не доберется.

Я не могу лишиться Джиджи. Я не могу так поступить с ней. Если ее матери плевать, то я стану тем, кто спасет ее от такой жизни.

На следующий день отец отчитывает Джиджи, что она единственная среди нас не работает. Его попытка подвести ее к будущей профессии едва не разрывает меня на части. Я уговариваю Джиджи погулять, а сам выкапываю нож, зарытый за гаражом. Этот нож был предназначен для моей шеи, однако сегодня я собираюсь вспороть чужую глотку.

Я не даю себе время на раздумья.

Я не анализирую, но воспроизвожу в голове крики мамы. Вспоминаю бездыханное тело Локки. Чувствую фантомные удары, каждый чертов удар, выбивающий из меня надежду и жажду жизни. Чувствую каждый спазм, скручивающий мой желудок из-за постоянного голода.

Я убью его. Сегодня я убью его.

Продажа наркотиков научила меня самообороне. И пускай я высокий для своих лет, мое тело худощавое. Но я обещаю себе, что как только мы сбежим, я займусь им. Чтобы никто и никогда не посмел причинить мне боль. Я не игрушка для битья. Больше нет.