Книга Сближение, страница 119 – Нонна Монро

Как только я лишу его жизни, то стану убийцей.

Лучше быть им, чем слабаком, не способным защитить себя. Не способным защитить Джиджи.

Я приближаюсь к отцу и сразу бью ножом в живот, смотря ему прямо в глаза. Огромные зрачки поглотили радужку, но сейчас глаза кажутся просто гигантскими. Он не ожидал. Он черт возьми не ожидал, что я ударю его ножом. И пока осознание не ворвалось в его голову, я вытаскиваю нож и наношу второй удар. Я бью, бью и бью, выплескивая все то, что копилось во мне годами. Сквозь рев в крови в ушах слышу крик. Мне кажется, что это последний крик моей мамы. Но он принадлежит другому человеку.

Мать Джиджи.

Я не думаю. Я нападаю на нее, вонзаю лезвие прямо в грудь и смотрю, как жизнь исчезает из ее глаз.

Я не знаю, как смогу объяснить это Джиджи. Я молюсь, чтобы она не возненавидела меня, увидев труп матери.

Джиджи все, что у меня осталось. Я не могу потерять ее. Я не могу подвести ее.

Я скармливаю Джиджи ложь, боясь, что она останется здесь. Вытаскиваю ее рыдающую из гаража и увожу с собой в неизвестность. Но я обещаю и себе, и ей, что никто никогда не посягнет на ее тело. Никто не причинит ей вреда. Не попытается принудить к чему-то.

Я прошу ее быть на моей стороне, и она соглашается. Вот он. Тот человек, о котором говорила моя мама. И пускай Джиджи не моя кровная сестра, я чувствую с ней прочную связь.

Она, все, что у меня осталось, и я никому не позволю причинить ей боль.

Никогда.

***

Я ожидал столкнуться с ненавистью, но точно не мог подумать, что глаза Алекс наполнятся не только слезами, но и восхищением. Она смотрела на меня, как на божество. И я никогда не видел ее настолько искренней, как в это мгновение.

– Птичка?

Ее губы приоткрылись, но слова не полились оттуда. Беспокойство сжирало меня изнутри. Если демоны снова набросились на ее разум, а монстр перетягивал контроль на себя, то я собирался уничтожить их всех прямо сейчас.

Алекс придвинулась ближе, словно собиралась поведать секрет. Ее слегка потряхивало, но она упорно сокращала расстояние, продолжая восхищенно смотреть на меня. Я впервые был сбит с толку. Разрывался между желанием обнять ее и не двигаться, пока она не совершит задуманное. Однако ее губы продолжали двигаться, а звук не желал срываться с губ.

– Ты хочешь мне что-то рассказать? – Мягко спросил я, надеясь, что не спугну этот порыв. Она кивнула. – Ты расскажешь мне?

Боль стерла восхищение, несколько слезинок скатились по ее щекам. И пускай внешне я оставался спокойным, внутри меня будто разорвалась бомба. Каждая пролитая слеза ударом молота врезалась в мою грудь. Я в который раз заставил ее плакать, однако в глубине души понимал, что причина крылась не во мне.

– Расскажешь, как будешь готова. – Я коснулся губами ее лба, и Алекс наконец-то втянула воздух. – Ложись спать, птичка.

Но она выглядела так, будто не собиралась спать. Ее ладони легли на мои щеки, а губы медленно коснулись моих. Никто и никогда не целовал меня с такой нежностью, как она сейчас. Она вложила в этот поцелуй все, что не смогла сказать, а я никак не мог понять, что именно.

Почему в ее глазах снова сверкнуло восхищение? Почему она выглядела так, словно гордилась мной?

Я притянул ее к себе, уткнулся носом в шею и втянул аромат кожи. Клубок эмоций и чувств казался настолько запутанным, что даже будь у меня время, я бы не смог его распутать. Это не вписывалось ни в одно понятие, которое я признавал в жизни. Это было гораздо больше, чем желание переспать.