Книга Измена. Я восстану из пепла нашей семьи, страница 14 – Кристи Майская

Я подошла к столу и взяла листок для заметок,написала цифру и протянула ему. Муж медленно взял листок.

— Это мой личный счёт, и сейчас он пуст. Снять деньги могу только я или по доверенности. Которую я не оформляла. Из чего следует несколько выводов — я замолкаю и смотрю на бледного супруга. — Либо меня обокрали и незаконно сняли все деньги, либо ты подделал мою подпись, оформил на себя доверенность и снял деньги сам. В любом случае завтра я еду в банк. Уверена, они смогут мне всё объяснить. — Я указываю пальцем на листочек в его руках. — Если завтра утром на счёт не вернётся написанная мной сумма, к обеду буду писать заявление на хищение в особо крупных размерах.

— Злата! — Давид кидается ко мне, но я выставляю руку вперёд.

— Деньги должны быть утром. И не думай, что сможешь их взять из фирмы. — В этот момент телефон Давида начинает непрерывно вибрировать. — Возьми. Уверена, это… по работе. — Я улыбаюсь, а внутри — адское пламя.

Муж ещё стоит на месте, но всё-таки подходит к столу и берёт телефон. Слова звонившего не разобрать, но говорят очень громко. Лицо мужа меняется, потом он растерянно смотрит на меня. Опускает руку с телефоном, так и не сбросив вызов.

— Аудит?

— Верно, аудит. У меня появились сильные сомнения, что кто-то ворует мои деньги. А так как я являюсь совладелицей фирмы и у меня пятьдесят процентов акций, то я имею полное право затребовать аудиторскую проверку.

— Ты что творишь, Злата? — Давид с силой кидает телефон об стену. Маленький черный пластик разлетается на кусочки. Я вздрагиваю, но продолжаю смотреть ему в глаза.

— Утром деньги должны быть на счёте. Это первое. Проверка будет, и я не советую тебе ей мешать. Это второе. Мы разводимся. Это третье.

— Нет! Малыш, нет! Я не дам тебе развод! Этого не будет! — Давид подхватывает меня на руки и кидает на диван, прижимая своим телом сверху. Он начинает меня целовать. Руками больно сжимая моё тело, грудь. Мне нечем дышать. Я пытаюсь его оттолкнуть, но это бесполезно. Его губы повсюду, а меня выворачивает от его прикосновений.

Мне удается повернуть голову, и я кусаю его за ухо. Сильно сжимаю челюсть. Он кричит, а во рту — вкус его крови. Давид матерится и наконец-то приподнимается. Я проскальзываю под ним, отпускаю его ухо и падаю на пол. Быстро отползаю как можно дальше и вскакиваю на ноги.

Муж прижимает руку к кровоточащему уху.

— Блять! Злата! Кошка,ты дикая! — он смотрит так, как уже давно не смотрел на меня. Его глаза потемнели. Вена на шее пульсирует. А в области паха — заметный бугор. Я давно не видела его таким возбуждённым.
— Ты никогда не получишь развод. Ты моя жена! Я никогда тебя не отпущу. Никому не отдам. Ты моя!

Я срываюсь с места и бегу в нашу спальню. Закрываю дверь на замок. Судорожно оглядываюсь. Забегаю в ванную.

Из зеркала на меня смотрит дикарка. Лицо перепачкано кровью мужа, волосы всклокочены, глаза горят. Губы сухие, дрожат. Быстро умывшись и приведя себя в порядок, снимаю одежду, в которой была.

В комнате подхожу к шкафу. Открыв дверцы, делаю шаг назад.

Вещи Давида развешаны аккуратно на вешалках. Отглаженные рубашки, брюки. Все брендовые.

Рядом с ним мои вещи смотрятся убого.

Выбрала синие джинсы, белый свитер с высокой горловиной. Все остальные вещи положила в старый чемодан. Я хранила его, как память о начале нашей супружеской жизни. В него вместилось всё.