Книга В постели сводного брата, страница 79 – Саша Найт

Полуночная прохлада постепенно даёт о себе знать. Ноги в лёгких колготках мёрзнут. И руки. Но двигаться с места никто из нас не желает, потому что такой миг спокойствия может больше не наступить. Кутаю в плед и Коршунова. А он смотрит куда-то вдаль, где на чёрном небе можно разглядеть убывающую луну, выглядывающую из-за дымки облаков.

– Ты ведь никогда не откажешься от мести и не изменишься, да? – внезапно вырывается у меня то, что крутится в голове.

И вот, наш момент тишины разрушен.

Марк.

– Не откажешься от мести, даже если о моих чувствах услышишь, – второй вопрос сводной, звучит как утверждение.

Зачем спрашивать, если сама всё осознаёт? Романова хоть немного, да научилась меня понимать за время, проведённое вместе. Прекрасно знает, что я не из тех, кому крышу от влюблённости сносит. И что из-за чувств я точно не откажусь от планов, начав изображать пай-мальчика и бегать с ней на свиданки с букетами роз.

– Я не стану меняться ради кого-то, Воробушек.

– Даже если вдруг скажу, что ты мне нравишься?

Усмехаюсь, продолжая сверлить взглядом ночное небо. Когда перестанет быть такой наивной, а? Ей же лучше, если сейчас я буду чуть более жёстким, чем стоит. Она даже во мне что-то хорошее видит! Уму непостижимо! Всё равно вместе нам не быть. Пусть хоть знает, с кем связалась.

– Думаешь, мне есть дело до твоих чувств, Романова? Я разве про них спрашивал? Мы с тобой даже не друзья и точно ими не будем, – бросаю на сводную почти безразличный взгляд, удивляясь тому, как холодно звучит голос.

– Зачем ты врёшь мне, Марк?

И спрашивает это на полном серьёзе. А ещё кажется, что кто-то специально убавил громкость вокруг нас, чтобы я мог расслышать учащённое биение сердца Арины.

Вру, конечно. Сам говорил ей, что влюбится. А она, сама того не замечая, почти сразу поведала мне о своих чувствах, упростив тем самым задачу и раскрыв все карты ещё до того, как эта игра стала для меня чем-то серьёзным.

– Ладно, не хочешь, не отвечай, – одаривает меня недовольным взглядом, поднимаясь с пола. – Сегодня, я сделаю вид, что верю в то, что тебе на всё наплевать, – подаёт мне руку. – Поздно уже, а ты напился. Пора бы и спать лечь.

Запоздало кивая ей в ответ, за руку не беру, но поднимаясь следом.

– Гостевой тут нет. А на диване совсем не удобно, – зачем-то говорю я, заходя в спальню.

Надоедливое подобие псины по пятам следует за нами. И в глаза так заискивающе заглядывает. Точно хочет оприходовать мою новую постель.

– Ладно, – совершенно спокойно отвечает Романова.

Выгибаю бровь, усмехаясь. Захлопываю дверь перед носом настырного животного. Но не тут-то было. Собака, оказывается умнее, чем я ожидал. Тут же жалобно завывает и скребёт в дверь.

– Ты просто ужасен, Марк! Ей же страшно одной в незнакомом месте! – сводная сразу же отчитывает меня, открывая дверь и берясобаку на руки. Чуть ли не зацеловывает её, причитая: – Да, моя маленькая? Да, хорошая? Бусинка хочет спать с мамочкой, да?

– Никаких Бусинок в моей кровати.

– Где сплю я, там и она.

Упрямства Романовой не занимать, когда дело касается её недоделанной собаки. Она даже успела ей новые красивые бульонницы выделить под корм и воду. Псина тут уже чувствует себя хозяйкой, что б её. Но сил спорить никаких нет. И правда, не стоило столько пить.