Книга Пламя в цепях, страница 80 – Джулия Вольмут

Коктейль на вкус слегка пряный, словно крепкий глинтвейн. Мы пили, слушали музыку – жанры менялись молниеносно, от старого рока до современного техно. Я отважилась спросить:

– Ты не веришь, что у меня получится понять БДСМ?

– Нет, – спокойно ответил Джон. – Ты не создана для Темы.

– Почему не послал меня куда подальше? – вспылила я.

Он допил свой коктейль, прежде чем ответить:

– Слышал много историй о хреновых Доминантах, и переобучал подобных, и собирал по кусочкам травмированных саб… – Джон хмыкнул. – Иногда буквально – отвозил в больницу или оказывал первую медицинскую помощь.

Я поежилась.

– Воплотим твои фантазии под моим строгим контролем…

– Это не фантазии, а необходимость.

Джон не отреагировал на мою ремарку.

– Не исключаю, что тебе понравится.

– Пф-ф. Звучит как вызов.

– Вызов обществу – его законам и правилам. Идем?

На втором этаже царила совсем другая атмосфера: более интимная и величественная. В воздухе витал аромат благовоний, дорогой кожи, теплого воска. На стенах висели светильники, похожие на факелы, и картины эпохи Возрождения. Вдоль коридора расположились комнаты, их двери были обиты тканью – вероятно, для звукоизоляции.

– Что это за место? – спросила я шепотом.

– Храм.

Вокруг действительно ощущалась некая величественность, и я испытала почтение к чужим законам, но все равно скрестила руки на груди:

– Храм? Серьезно, Клоун?

Джон не улыбнулся.

– В «Эль-Эль» не придут случайные люди. Только те, кто ценит силу власти… – Его голос прервал крик, раздавшийся с первого этажа – громкий, едва ли человеческий. Мои плечи покрылись мурашками, а Джон как ни в чем не бывало добавил: – И подчинения. Не волнуйся, это работники клуба проверяют девайсы, – объяснил он.

– Вы сумасшедшие, – пробубнила я.

– Представь, что делали бы эти безумцы, если бы не стали тематиками. Сколько реального вреда они бы причинили. Доминанты как дрессированные тигры: они приструнили свою дикую природу.

Он говорит о себе тоже? Он – в их числе? Он способен на «реальный вред»?

– Нам наверх. – Голдман не дал мне развить опасную мысль. Он указал на лестницу в конце коридора, и я быстрым шагом направилась наверх. Волосы на затылке стояли дыбом. Вдруг наверху – хуже?

Но я снова спрятала страх за подколом:

– Мы только начали, а ты уже решил показать мне последний этаж?

Джон рассмеялся.

– Поверь, самое интересное происходит в подвале, и туда тебе пока не стоит ходить.

– Как скажешь, Синяя Борода[29], – проворчала в ответ.

Третий этаж контрастировал с предыдущими, но не так, как я думала. Я словно попала в офисное здание: светлые стены, флуоресцентные лампы, бежевый паркет, десяток закрытых комнат.

Встретив мой вопросительный взгляд, Джон объяснил:

– Классы для обучения, кабинет психолога и кабинет медработника, а также мой… то есть кабинет Дерека.

Голдман нахмурился и обогнул меня, пройдя дальше по коридору.

– Знаешь, Джон, я и забыла, что не ты владелец клуба.

– Мхм… – пробубнил он, отперев дверь.

Когда я оказалась в кабинете, то словно заглянула в спальню своего соседа по квартире. Книжные полки, ковры, дубовая мебель.

– Серьезно! – воскликнула я. – В клубе есть все, что тебе нравится: роскошь, элегантность, пытки… – прислушалась: – Опера! Ты поставил в плейлист БДСМ-клуба оперу?!

– Она расслабляет, – смутился Голдман. Но тут же придал голосу деловой тон: – Присаживайся, Патриция. Я не владею клубом, но дорожу им. Если ты решила остаться, то должна знать правила. Соблюдать их. Починяться. – Он ухмыльнулся, заметив, как я скривилась, едва снова не нагрубив. – Сегодня мы либо подпишем договор Дома и сабы, либо забудем обо всем. Ты не передумала?