Книга Обратная перспектива, страница 101 – Тери Нова

Его лицо в бледно-голубом лунном сиянии становится вытянутым, а глаза широко открываются. Со своим внушительным списком наград он мог бы устроиться охранником в богатую семью и защищать невиновных, но выбрал стать прислужником такого же отродья, как он сам, какая бесполезная растрата боевого потенциала.

– Кто тебя прислал? – снова спрашивает он, поджимая пробитую ногу под себя, мои челюсти сжимаются.

– Одна маленькая девочка, которая лишилась детства из-за тебя и твоих кукловодов. – Ну, технически это не совсем правда, она бы прикончила меня до того, как я признался бы, куда пропал. Но я бы хотел, чтобы Бовард так думал: что Наоми цела и невредима, а еще у нее достаточно силы, чтобы выпотрошить его, пусть не своими руками. Теперь он жертва, а она – палач.

– Этого не может быть, – в панике бормочет он, качая обросшей головой. – Они все погибли. – Он смотрит на свои обгоревшие руки, покрытые уродливыми бугристыми шрамами. – Никто не выжил… – Его голос понижается до призрачного шепота, и ветер с моря уносит эту ложь, развеивая над водой.

Я молчу, мой взгляд говорит громче слов, тогда лицо бывшего наемника искажается от страданий и злобы. Он вскакивает на ноги не так быстро, как, вероятно, хотел, но силы в его теле достаточно, чтобы отбросить меня назад и прижать к пульту управления яхтой. Тишину нарушает звук наших столкнувшихся тел и приведенных в движение винтов.

Мощным рывком отбрасываю Боварда назад и уклоняюсь от серии крепких ударов, один из них врезается в стену над моей головой, пробивая ее насквозь. Неплохо для ветерана! Бовард ставит подножку, опираясь на больную ногу, подпрыгиваю, отступая на палубу, мягкие волны бьются о борт, превращая все вокруг в завораживающую музыку. Пинаю мясистую тушу ногой в живот, отталкивая к задней части лодки, он спотыкается и падает, хватаясь за сети, пытаясь обернуть их вокруг моих ног. Топор недостаточно острый, чтобы разрубить веревки, цепляющиеся за одежду, шиплю, когда борт клонит в сторону от наших перекатываний и борьбы.

Чудом не потеряв равновесие, приседаю и делаю подсечку, это легко, поскольку он уже потерял достаточно крови. Когда Бовард падает, забираюсь сверху и замахиваюсь, чтобы ударить его топором в шею, но он хватает меня за лицо и толкает большие пальцы прямо в глазные яблоки с нечеловеческой силой, падаю, скатываясь с него и бью коленом, каким-то чудом попадая в яйца отморозка, а потом локтем в горло, он наконец разжимает хватку, переводя дыхание.

– Маленькие американские шлюхи, я должен был убить их сразу же! – В его голосе только лед и уверенность в собственном превосходстве, он поднимается, становясь передо мной на полусогнутых ногах, рана в его голени кровоточит еще сильнее, но мужчина смеется, как долбаный Сатана. – Маркус запрещал трогать их, потому что хотел продать подороже, но теперь он сгинул, а я, пожалуй, отправлюсь и навещу мелкую сучку, когда закончу с тобой.

Громовой рев вырывается у меня из груди, подрываюсь с места, врезаясь всем телом в чертово отродье, и толкаю его к перилам, прижимая к дребезжащему металлу за горло, верхняя часть его тела нависает над водой, глаза упрямо смотрят в мои.

– Единственное место, куда ты отправишься, – ад! Передай привет Саре Риверс. – Подарив ему последнюю зловещую ухмылку, я поднимаю его за ноги, перекидывая через поручень. Булькающий стон вырывается из пережатого горла и сталкивается с вращающимся винтом яхты, короткий звук разрубаемого тела обрывается, возвращая гармонию в этот погрязший в насилии мир.