Книга Обратная перспектива, страница 102 – Тери Нова

Я не ответила ни на одно сообщение, но перечитала каждое около дюжины раз, а видео, где чистильщик бассейна в течение нескольких дней приводит грязную воду в потрясающую картинку из журнала для настоящих домохозяек, стало моим любимым. Линк, скорее всего, думает, что я злюсь на его скорый уход, и да, сперва это сбивало с толку, но, когда эйфория и адреналин выветрились, а мутно-зеленая масса на поверхности моего сознания улеглась и осела на дно, я разглядела нечто, что до смерти меня напугало.

Я влюбилась в Линкольна Голдберга. Причем так сильно, что готова была взглянуть в лицо его демонам и даже показать своих.

Мне следовало догадаться, как только дверь кабинета захлопнулась за его спиной. Ладно, ладно, если быть до конца честной, всегда стоило удерживать палец на пульсе, ориентируясь на ровные удары, чтобы не пропустить даже один, свидетельствующий о нарушении сердцебиения. Рациональная часть меня закатывает глаза, пока другая, более наивная грызет карандаш в попытке успокоить расшатанные нервы.

За первым открытием пришло еще одно, когда Линк внезапно исчез на целые сутки, Уэйд и Джош увиливали от моих вопросительных взглядов, притворяясь, что вообще не понимают, о ком идет речь. И тогда я сделала аморальную вещь, о которой теперь не жалею ни капли, – воспользовалась данными доступа, которые стянула в ночь нападения. Сомнения уже давно закрадывались в голову, но я была слишком занята оргазмами, чтобы сосредоточиться на чем-либо поважнее, а зря, теперь вот уже почти два дня я живу с правдой, которую Линкольн скрывал, и не могу не задумываться о том, какая же я идиотка.

Элси сидит напротив, переваривая услышанное, я рассказала ей о моих отношениях с Линком, включая постыдную часть, просто чтобы убедиться, что не спятила и мне не показалось. Мозг привык анализировать многое, вычленять фрагменты из картотеки памяти и собирать их в полномасштабные полотна. И так уж вышло, что на последнем шедевре отчетливо виднеется лицо человека, которое раньше казалось размытым. Лживое, до дрожи в коленях красивое мужское лицо, мой безликий Воин обрел очертания. Чувствую себя героиней ромкома, попавшей в ситуацию с разоблачением, которой теперь предстоит принять решение, каким из множества способов казнить мерзавца, что возомнил себя божеством, в один будничный вторник решившим поиграть в настолку с живыми человечками.

– Ну… мы ведь не знаем его версию, – произносит подруга, и мои руки сжимаются в дрожащие кулаки. – Вспомни Джоша, я даже не знала его настоящего имени, когда влюбилась, а теперь вот, – Элси поигрывает пальцами, показывая кольцо. – Давай признаем, мужчины в большинстве своем неуклюжи в отношениях. Позволь ему все объяснить.

Моя бровь взлетает вверх со всем скепсисом, который только могу показать без угрозы заработать аневризму или растяжение глазных мышц. Я злюсь не на сам факт вранья, а на то, что он символизирует. Что, если Линкольн решил позабавиться и таким образом поставить меня на место за все нападки и подколы? Я так глубоко погрязла во всем этом, что уже слишком поздно разворачиваться: когда думаю о нем, сердце замирает, а в голове проносится поток мыслей, который я не могу остановить. Перспектива стать жертвой злой шутки и потерять себя в этом безумии чувств, стать зависимой от его взглядов, ожиданий, желаний, доводит меня до отчаяния.