Книга Под слезами Бостона. Часть 2, страница 117 – Таша Мисник

Не успеваю заорать, как за моей спиной раздается выстрел. И все вокруг превращается в замедленную съемку.

Грохот.

Пули.

Я стреляю Кевину в лицо, потом еще раз. Бросаюсь к Серене и накрываю ее своим телом. Рядом с нами падает О́дин. Из сквозной раны в его голове сочится кровь. Агенты ФБР заламывают руки моей матери. Они что-то кричат. Бегают. Шейн рядом, и он в истерике.

– Все будет хорошо, – шепчу я, прижимая Серену к земле. – Скоро все закончится.

– Эзра, у тебя кровь, – ревет она и пытается перевернуть меня, но я придавливаю ее своим весом. – Тебе нужно в больницу, – всхлипывает и прижимает дрожащие руки к моему телу.

– Все будет хорошо…

– Эзра! Не теряй сознание! Прошу тебя! Эзра! Не смей! Не покидай меня!

Мрак.

Веки тяжелые.

Слышу отдаленный голос Серены. Он больше не похож на крик.

Он приятный. Манящий. Он зовет меня. И я бросаюсь за борт.

Я плыву.

Она поет. Так красиво.

Моя русалка.

Я ныряю и погружаюсь в непроглядную мглу. На самое дно, пока не перестаю слышать ее голос.

Глава 25. Отцы

Эзра

Я знаю, что хотел бы быть тем, к кому она всегда могла бы прийти. И если мы преодолеем этот путь, ждут ли нас демоны в самом конце?

Пой, Серена. Пожалуйста, пой еще. Не замолкай. Пой нашу песню. Я только ее и хочу слышать. Она вся о тебе.

Но ее голос обрывается. Она еще ни разу не допела до конца. Но каждый раз мысленно допеваю я сам: «Я никогда не устану от мыслей о тебе».

* * *

Чувствую прикосновение чьей-то руки. Теплое. Осторожное и очень слабое.

– У меня есть девушка, – предупреждаю я и открываю глаза.

Веки дрожат. Свет режет. Я тут же щурюсь и хочу прикрыть лицо ладонью, но у меня не выходит из-за каких-то шнуров, воткнутых мне в руку.

«Где я? Что произошло?».

Предпринимаю еще одну попытку открыть глаза и вижу размытый силуэт.

Бостон.

Это мой сын. С ним все в порядке. Спасибо, Господи. Надеюсь, я не сплю и это не очередной прекрасный сон.

– Папа! – он бросается ко мне и обнимает изо всех сил. – Ты жив. Ты жив…

Его лицо утыкается мне в плечо, а мое становится мокрым.

Папа.

По щекам текут слезы. Я не верю. Я слышу это впервые и не верю. Просто не могу.

Разве я заслужил?

Это точно сон.

– Бостон… – хочу накрыть его рукой, но мне слишком больно пошевелиться.

– Не двигайся, – командует он, приподнимается и утирает слезы. – Врачи говорят, что тебе нельзя еще двигаться.

– Ну раз врачи говорят… – усмехаюсь я, а сам еще чувствую, как слезы катятся из глаз.

Папа.

Боже мой. Я теперь самый настоящий отец. Для моего мальчика. Моего Бостона. Моего и… Шейна.

– Как ты тут оказался? – поворачиваю голову на бок, чтоб смотреть сыну в глаза.

– Дедушка привез.

– Дедушка? Охренеть… Я умер и попал в рай?

Нет, это не может быть правдой. Я сплю. Или все-таки умер.

– Нет, надеюсь, что не умер, – Бостон касается моей ладони и заставляет меня поверить в реальность происходящего. Я все-таки жив. И, черт, я охренительно счастлив, ведь я отец. Настоящий отец. – И вы с Пандой задаете одни и те же вопросы.

Серена.

Так она была здесь? Мне это не приснилось? Клянусь, я чувствовал ее присутствие.

– Она в порядке? – обхватываю руку Бостона.

– Да, – Бостон слабо сжимает мои пальцы. – Немного в синяках, но говорит, что хорошо себя чувствует. Но Стенли говорит, что Панда врет.

– Только не говори, что они все здесь.

– Все здесь. Дедушка, Панда, Стенли, ее друг великан и дядяШейн. Только Стенли и великан поехали поспать, но скоро вернутся. Дядя Шейн не захотел домой. Он, кстати, классный.