Книга Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви, страница 101 – Эйси Джей Миллс, Кристина Шрайфер, Камрин Харди, и др.

– Кан-Ли Рэйн? – спросила она, надеясь, что у нее просто галлюцинации.

– Ян Лифэй? – Он смотрел на нее так, словно проснулся в одной кровати с гепардом.

– Какого хрена ты здесь делаешь?

– Это моя квартира, демоны подери! – аргументировал Рэйн.

Проклятье. В Нэйлитане живет более тридцати миллионов мужчин. Как так вышло, что она проснулась именно с тем, кого ненавидела еще со школы за его вечные пререкания и этот тошнотворно надменный вид? И почему она ничего не помнит? Лифэй с ужасом заглянула под одеяло, но, к счастью, обнаружила себя полностью одетой. Этот жест не укрылся от Рэйна, который ядовито отметил:

– Пыталась меня соблазнить, но у тебя ничего не вышло? Должно быть, ты ужасно расстроена.

– Сбавь обороты. Ты последний мужчина во вселенной, кого бы я хотела соблазнить, – огрызнулась Лифэй, выбираясь из кровати.

– Пробралась в мою постель, а теперь хочешь просто взять и уйти? – спросил хозяин квартиры, следующий за ней, словно привязанный на поводок.

– А ты хочешь дружески обняться? Боюсь, меня стошнит.

Лифэй открыла входную дверь и застыла на пороге, глядя на стоящих напротив мужчину с женщиной, до ужаса похожих на Рэйна. Те ошеломленно уставились в ответ.

– Пап, мам? – спросил Рэйн за спиной Лифэй.

Во имя Неба! Этот день только начался, а ее лимит на ошеломительные встречи уже был исчерпан.

– Мы решили навестить тебя, а ты, оказывается, не один, – ответила женщина, не сводя взгляда с Лифэй. – Представишь нас?

– Это Ян Лифэй. Она уже уходит. – Он слегка подтолкнул гостью в спину.

– Нет-нет. – Мать затолкнула Лифэй обратно. – Это мы уже уходим. Будем ждать вас на новогодние праздники.

– Ты же помнишь условие бабушки? – строго обратился к Рэйну его отец. – Это отличная возможность представить ей свою девушку.

– Приятно было наконец-то познакомиться. – Мать Рэйна сжала ладонь Лифэй. – До встречи.

– Я… – начала та, желая опровергнуть нелепую догадку, но старшее поколение покинуло сцену, не желая ничего слышать.

Бывший одноклассник захлопнул входную дверь и подпер ее рукой.

– Лифэй, – серьезно начал он. – Есть разговор.

– Не желаю подвергать себя подобным пыткам.

– Побудь моей девушкой.

– Головой приложился?

– Это не по-настоящему. Моя семья помешана на том, чтобы у меня были отношения. Без этого бабушка не разрешает мне перейти на вышестоящую должность в семейной компании.

– Вот это да, – с наигранным изумлением протянула Лифэй. – Мне та-а-ак плевать.

Она попыталась открыть дверь, но Рэйн тут же ее захлопнул, демонстрируя свой решительный настрой.

– Я заплачу твое месячное жалование. Ты же как раз потеряла работу.

Потеряла работу.

Точно. Теперь Лифэй вспомнила. Она потеряла очередную работу за последние пару месяцев и, абсолютно отчаявшаяся, не придумала ничего лучше, кроме как пойти в бар, чтобы парочка шотов по акции помогла ей забыть о своих невзгодах. Именно там она встретила Рэйна в состоянии, еще хуже собственного.

«Взрослая жизнь – полный отстой», – сказала она, а он подтвердил и оплатил еще несметное количество шотов, после чего наступило утро.

– Пять моих жалований и помощь с поиском новой работы, – выдвинула требования Лифэй.

Она терпеть не могла Рэйна, но имелось кое-что приятное в сложившейся ситуации. У нее появилась возможность не только оплатить за его счет долги, но и слегка обанкротить этого самодовольного паршивца. Мелочь, а приятно.