Книга Забытый принц, страница 50 – Ева Винтер

Эридан

Я изучил эти дурацкие сказки вдоль и поперек, выучив практически наизусть каждую. Периодически приходил Райндхард, чтобы поиздеваться над моими попытками и, как он любил напоминать, «явной слепотой».

– Ну как можно быть настолько несообразительным? – причитал он. – Ответ буквально под носом, а ты просто перешагиваешь через него.

Сидя в очередной вечер со мной у камина и наблюдая, как я пытаюсь разгадать тайну «Дара последней надежды», он вдруг воскликнул:

– Слышишь?! – и демонстративно прислушался.

Я вопросительно посмотрел на него, а Райндхард с самым серьезным видом прошептал, словно это была страшная тайна:

– Гончая напала на твой след.

А потом разразился хохотом.

Я закатил глаза и снова уткнулся в книгу.

– Нет, честное слово! – сказал он, утирая невидимые слезы. – Тебе повезло, что я держу ее на цепи. А то ты уже давно был бы раскрыт, мой забытый принц. Ох, видел бы ты ее, – добавил он с какой-то мечтательной гордостью и цокнул языком. – Нюх, как у ищейки. Ходит вокруг меня, как акула, понимая, что нужные ей книги у меня. Давно так не веселился, честное слово. А ее яростное лицо! – Он снова засмеялся.

А я постарался сосредоточиться на тексте.

Как правило, все легенды повествовали о том, что «Дар последней надежды» получает тот, кто каким-то образом бескорыстно спас жителей волшебного народа или их священных зверей. Полученный дар можно использовать для спасения того, кто находился на грани смерти, в случае, когда другие способы остались бессильны.

Я озвучил Райндхарду свое предположение о том, что секрет «Дара последней надежды» – в исцелении того, кто был практически одной ногой в Царстве Мертвых. Но бог только отрицательно помотал головой и обозвал меня глупцом.

Я снова и снова перечитывал истории, проговаривая и анализируя их, разделяя на основные части, группируя, выискивая мелочи. Все они казались абсолютно одинаковыми. Менялись только имена героев, обстоятельства спасения представителей волшебного народа и имена спасенных возлюбленных, жизнь которых висела на волоске.

Минуточку… Только возлюбленных?

Я принялся заново просматривать концовку каждой истории, чувствуя нарастающее смятение. Это же нелепо! Должно быть, это какая-то ошибка.

– Что у тебя там за переполох? – спросил Райндхард. – Почему на твоем лице такой растерянный вид? Неужели ты все-таки прозрел?

Я отрицательно замотал головой, не решаясь озвучить догадку.

– Не заставляй меня разрезать твое горло и вытаскивать застрявшие там слова щипцами, – лениво протянул Райндхард, поигрывая огоньками в бокале. – Считаю до трех, – предупредил бог. – Раз… Два.

Он встал.

– «Дар последней надежды» можно применить только в отношении того, кого любишь, – со вздохом выдал я и приготовился услышать насмешки, но вместо этого ответом мне была тишина.

Она становилась оглушительной, и я наконец посмотрел на Райндхарда. Тот стоял с крайне задумчивым видом и, кажется, даже не собирался шутить.

– Очень хорошо, маленький принц, – одобрительно кивнул бог, усаживаясь обратно и закидывая ноги на стол.

– Что? – не понял я. – Но это же бред!

– Почему? – невозмутимо спросил мой собеседник.

Что значит почему?

– Ну, потому что это как минимум абсурдно.

– Разве? – все так же непроницаемо ответил Райндхард.

Я растерянно смотрел на него, ожидая, что бог в любую секунду разразится задорным смехом и скажет, что я сентиментальный идиот. Но вместо этого он спросил: