Книга За что убивают Учителей, страница 116 – Наталья Корнева

– Я сделал Север закрытым не из страха, – печально возразил Первый ученик. – Элиар запретил мне покидать Ангу в обмен на…

Яниэр вдруг осекся, будто вспомнив о чем-то.

…Когда-то Второй ученик отдал Первому священное тело Учителя. Это была великая милость и великий дар, который навсегда связал руки Яниэра благодарностью.

О, как хотел бы он, чтобы мертвое тело наставника упокоилось в земле, было с почестями погребено под красными вишневыми деревьями в полном цвету. Тогда на свете осталось бы хоть какое-то место памяти, куда он мог бы приходить и тосковать по ушедшему за последнюю межу. Там, в этом сокровенном месте, было бы красиво и тихо. Он опускал бы в землю хрупкие вишневые саженцы, и те вырастали бы на смену отжившим свое старым деревьям… там, как и в прежние времена, они были бы с Учителем только вдвоем.

Но сделать так, как хотел, он не мог – должно было придерживаться старых традиций Лианора, колыбели лучших среди людей, откуда был родом Учитель. Его светлость мессир Элирий Лестер Лар редко делился воспоминаниями о Лианоре, но эта драгоценная земля, страна великих душ, была у Совершенного в крови; страна высшей радости, где шли дожди из цветов.

На родине Яниэра, в северных землях Материка, тела умерших принято предавали земле, в южных – огню, и только наследники великого народа мореходов традиционно препоручали своих мертвецов воде. Там, на великолепном острове блаженства, в краю вечной весны не было место тоске, и Яниэр был обязан с уважением принять этот обычай: отпускать и не скорбеть. Бескрайние морские просторы исцеляют даже глубочайшие душевные раны – так верили на Лианоре. И, почтительно следуя странной чужой вере, он отдал мертвое тело морю, не оставив себе ничего, кроме памяти. Тело Учителя в погребальных одеждах сакрального цвета циан – он отдал его волнам, отпустил в терпеливые объятия океана.

Тогда, на лодке, полной солнца, до рези в глазах вглядываясь в бесконечную синюю гладь, Яниэр мог только молча кусать губы от боли и бессилия. Перекатывая тугие буруны вод, море глухо бормотало что-то ласково-утешительное, но, глядя в пустые волны, Яниэр не утешился ни в этот день, ни в последующие. Тоску, мучительную, словно жажду, не получилось утолить даже всей морской водой мира: океан оказался горьким на вкус. И даже холодная красота родных мест, куда он возвратился после падения Ром-Белиата, не смогла до конца развеять его печаль.

Если тело отдано морю – душа может переродиться. Так верили на Лианоре. И, словно подтверждая мудрость народа мореходов, душа Учителя действительно снова здесь. Но цена… цена возвращения из небытия оказалась непомерно высока – затмение солнца и черный мор, убивающий невинных вот уже сотни лет.

Все на свете имеет свою цену. Самое сложное – примириться с ней. В жизни множество удовольствий, но очень мало того, за что стоит платить по полной, того, что действительно стоит этого. А подлинные ценности и вовсе редко продаются.

Конечно, жизнь его светлости мессира Элирия Лестера Лара представляла собою наивысшую ценность. Он – светоч первоогня, хранитель истинного цвета, носитель благословения небожителей. Признаться, Яниэр был очень рад вновь видеть перед собою наставника, который воспитывал его с шести лет. Но, насильственным путем дважды лишив жизни легендарного Красного Феникса Лианора, в глупости своей они обратили благословение в проклятие, навлекли на Материк гнев небес.