Книга За что наказывают учеников, страница 217 – Наталья Корнева

Однако то была лишь иллюзия. Дыхание Учителя постепенно замирало. Он дышал все реже, с большим трудом: болезнь превращала каждый новый вдох, каждый глоток драгоценного воздуха в настоящее испытание. Учитель боролся за него в одиночку, а Элиар… увы, как и совсем недавно под завалами Красных скал, ничем не мог помочь.

Учитель никогда не знал поражения. Но… прямо сейчас на его глазах Красный Феникс проигрывал самую важную свою битву — битву за жизнь.

Чтобы еще хоть ненадолго удержать наставника на этом свете, Элиар был готов на все, но в действительности мог сделать только очень немногое: находиться рядом, крепко держать за руку, говорить успокаивающие слова, в надежде, что они приносят обреченной душе хотя бы слабое утешение. Если бы только было возможно принести в жертву самого себя, чтобы спасти Учителя, чтобы спасти весь этот умирающий, захлебывающийся болью несчастный мир, он принял бы смерть без сожалений. Но, увы, небожителей не интересовала его неблагая жертва. Черное, лишенное всякой чистоты солнцевосходило по его венам, тысячелепестковый черный лотос проклятия распускался в его крови.

Он мог бы принести в жертву не себя, а невинного чистокровного Совершенного или, если задаться целью, могущественного Первородного — Игнация или Аверия. Но Элиар понимал: даже если небожители снизойдут и примут подношение чистой крови, это не удовлетворит их полностью, не остановит черный мор. Возможно, замедлит его, заставит поутихнуть ненадолго, но не остановит. К тому же Учитель был уже заражен, а зараженных в любом случае не исцелить. Речь шла лишь о том, чтобы снизить количество смертей и отсрочить неминуемую гибель человеческой цивилизации.

Увы, в глазах высших обитателей Надмирья исключительной ценностью обладала жизнь одного только Красного Феникса, жизнь носителя благословения, получившего его из рук самого Илиирэ, пресветлого владыки миров. На всем Материке вернувшийся из небытия его светлость мессир Элирий Лестер Лар оставался единственным жрецом Красного Солнца, единственным преданным последователем древних богов, покровительствовавшим когда-то Лианору и его народу.

А потому только лотосная кровь Учителя, законного наместника небожителей на земле, имела силу великой искупительной жертвы.

В этом заключалась ужасная несправедливость и горькая ирония: Красный Феникс мог спасти всех, но только не себя. Для того, чтобы избавить Материк от проклятия черного мора, Учитель должен был принять смерть, отказаться от жизни, которую даровал бы остальным. Он мог обменять свою жизнь на жизнь целого мира. Но сейчас, когда умирал он сам, никто другой не в силах был помочь, никто другой не мог занять его место на алтаре… страшное и почетное место.

Никто другой не мог совершить то, что было подвластно Красному Фениксу.

В смятении и гневе Элиар не мог допустить даже мысли об этом, но отрицать очевидное более стало невозможно: да, Учитель снова умирал из-за него. Надежды на избавление не было: ужасное проклятие тянулось за ними из жизни в жизнь. Порочный круг, из которого нельзя вырваться, вновь замыкался. Нужно было попытаться сделать хоть что-то, испробовать хоть что-то, чтобы спасти Учителя… но Элиар с ужасом и отчаянием понимал: он совершенно бессилен. Он мог бы разбить руки в кровь, но не преодолел бы разделяющей их с наставником незримой преграды — смерти.