Книга За что наказывают учеников, страница 245 – Наталья Корнева

А еще… еще он очень любил жизнь. Любил несмотря ни на что, несмотря на все горести и потери, невзирая на испытания, которые с избытком выпали на его долю и которые он преодолевал, как мог. Да, всею душою своей Красный Феникс любил жить и не хотел умирать. Но — должен был. Все зашло слишком далеко. Для своего народа, увы, он сделался не светочем, не пастырем и избавлением, а смертельной, неотвратимой опасностью.

Он стал маяком, который приведет к ним смерть.

— Я разжег огонь, но упустил власть над ним, — с горечью проговорил его светлость мессир Элирий Лестер Лар, продолжая наблюдать, как край закатного светила опускается все глубже за горизонт, оставляя мир во тьме и безысходности. — Печаль моя глубока как море, бесконечна как небо.

К сожалению, это было правдой: в какой-то момент он потерял контроль над тем, что происходит на Материке, потерял контроль над самим собой и своей кровью. Оставаясь рядом со своим народом, он лишь навлечет на него гнев Триумфатора и нынешнего Великого Иерофанта… новые ужасные беды и преследования ждут их всех, если он будет жив.

Сейчас об этом мало кто помнил, но от рождения все Первородные, первые потомки небожителей, обладали священным правом уйти в любой момент, когда жизнь по какой-то причине наскучитили опротивеет им. Однако Красный Феникс, чья душа давним ритуалом на крови оказалась связана с высвободившейся божественной силой Ишерхэ, был лишен такого права. Душа Элирия не могла по своей воле покинуть тела, чтобы отправиться в последнее путешествие. Пока в мире существовала его чистая лотосная кровь, всецело подвластная Триумфатору, он не мог оставить мир. Он был заперт в собственном теле, как в клетке, заперт навек, чтобы день за днем служить Ишерхэ, безумной дочери темного бога.

Элирий близко знал ее очень много лет, но не мог до конца понять. Иногда казалось, прекрасная госпожа совершенно равнодушна к нему. Иногда казалось, она им до крайности одержима. Похоже, опасное чародейство, сотворенное когда-то Красным Фениксом, поработило не только его: противоестественная кровная связь, возникшая между ними в результате ритуала, сделала несвободными их обоих. Первоначально кристально чистое, наивное чувство Ишерхэ к Элирию извратилось, переродилось в нечто болезненное, уродливое и необузданное, заставляя бессмертную владычицу мучить его. В конце концов становящиеся все более изощренными издевательства сделались чуть ли не единственным ее развлечением, лекарством от ностальгии и беспросветной скуки. Чего только стоит последний приказ Триумфатора уничтожить Ром-Белиат, превратить прекрасный Запретный город в море огня… как бессмысленно жестоко…

Подчинится он жуткому приказу или нет, так или иначе Первый город Оси все равно будет уничтожен. Но — Красный Феникс позволил себе безрадостно усмехнуться — без него.

Теперь, когда он полностью освободил свою кровь от силы, очистил ее от малейших признаков цвета, временно его душу ничего не удерживало. Если Первородный решит уйти — кто в силах удержать его?

Итак, его светлость мессир Элирий Лестер Лар был наконец свободен.

Он навеки оставлял Ром-Белиат. Он навеки оставался в Ром-Белиате.

Но довольно размышлять о былом — нужно поторопиться. Еще немного, и сила крови начнет восстанавливаться вместе с непреодолимой зависимостью от Ишерхэ. Еще немного, и он снова захочет жить, захочет слишком сильно, чтобы решиться на крайний шаг.