Книга За что наказывают учеников, страница 74 – Наталья Корнева

— В нем всегда было сильно желание недоступного… страстное желание из своеволия нарушить всякий запрет, — растерянно пробормотал Элирий, пытаясь найти верные слова. — Но все же Элиар не из тех, чья душа может пасть во тьму…

— Его вольнодумство, которое ты поощрял, не могло не привести к серьезным последствиям. — Игнаций невозмутимо пожал плечами. — Ты знаешь правду не хуже меня. Я лишь имею смелость произносить вслух то, о чем мы оба думаем. Твой Второй ученик поклоняется падшему богу Инайрэ, добровольно приносит Деннице кровавые жертвы и заслуживает его печальной участи. Тысячи смертей будет мало для отступника! Как и тысячи лет заточения. Человеколюбие велит нам запечатать душу Элиара и навеки избавить Материк от узурпатора, не имеющего никаких прав управлять нами.Следует прервать его тираническую власть как можно скорее. В этой борьбе мы должны стать соратниками — или погибнуть.

— Я должен подумать об этом, — уклончиво проговорил Элирий.

Игнаций только вздохнул, улыбаясь вежливо и с напускным сочувствием.

— Я хорошо понимаю твои сомнения, Лестер, но на кону стоит нечто большее, чем жизнь одного твоего воспитанника. Устранив его, мы сможем спасти тех, кто еще уцелел. Кроме того, Элиар уже не совсем тот человек, которого ты знал когда-то: он превратился в безумца. Поверь, за эти годы мы имели достаточно оснований убедиться в этом.

— Яниэр? — Красный Феникс вопросительно изогнул бровь и перевел взор на ученика, обращаясь за подтверждением выдвинутых обвинений. — Это правда?

Некоторое время Яниэр молчал, и по лицу его, как и ожидалось, нельзя было определить, между какими именно ответами он сомневается. Элирий ждал слов Первого ученика со смутной, спрятанной глубоко внутри тревогой: в конце концов, столь сильный дар без присмотра и наставлений опытного Учителя вполне мог привести к безумию.

— Его светлость мессир Игнаций Лермон Арк неизмеримо мудрее и опытнее вашего недостойного ученика, — откликнулся наконец Яниэр. — Как известно, слова Первородного ни в коем случае не должны подвергаться сомнению со стороны простых смертных…

Он на мгновение замолк, взирая на точеные лица Первородных и ловя на себе сразу два выжидающих, проницающих его насквозь взгляда.

— А потому не мне отвечать на этот вопрос, мессир Лар, — обтекаемо подытожил Яниэр, опустив глаза.

— Но я спрашиваю тебя. — Красный Феникс нахмурился. Сколько же времени прошло с их давних совместных прогулок по побережью? И насколько сильно изменился с тех пор его Первый ученик?

— Смерть Учителя усугубила природную импульсивность Элиара, — уступая давлению, Яниэр вынужден был подчиниться и вновь заговорить. — В моменты сильных эмоциональных потрясений у него случаются приступы темного безумия, во время которых Элиар не осознает, что делает, совершенно не контролирует свою ярость. Возможно, Учитель помнит, что Второму ученику всегда было сложно совладать с яростью…

Элирий ничего не ответил, давая знак продолжать.

— Он и вправду легко впадал в бешенство, особенно первое время, но… если мне разрешено высказаться со всей откровенностью, тобыла мрачная эпоха отчаяния и безысходности, во дни которой и самые стойкие духом были близки к тому, чтобы потерять разум. Не уверен, что краткие эпизоды помешательства можно расценивать как подлинное безумие…