Книга Глиняные сердца, страница 101 – Анита Ферн

Кэти с самодовольным видом сидит на моей кровати, важно подбоченившись. Мы с ней почти всегда на равных, и я часто забываю, что сестра пусть на год, но младше. А к тому, что ее устами порой говорит мудрость, и вовсе не привыкла. Сейчас же все смешалось так, что забавная кривляющаяся Кэти вкладывает прописные истины в мою голову, вызывая во мне восторженную благодарность и желание затискать ее.

– Спасибо, о мудрейшая Кэтрин, я прислушаюсь к твоим речам, – произношу я и склоняю голову в поклоне. Выпрямившись, серьезно спрашиваю: – Пользуешься ли ты сама этими советами? Как твои дела?

– Не знаю, как ответить на этот вопрос. Ситуация с Дэном пока не разрешена, но мне и не хочется этим заниматься. Ничего толком не сознаю, двигаясь под действием судорожного импульса, который вот-вот угаснет. Я жду этого момента и боюсь.

– Не забывай, что мы с мамой всегда рядом, – я тянусь за стаканом и вручаю Кэти, – чтобы поднести чашку ромашкового чая, когда ты будешь в этом нуждаться.

Сестра устало улыбается и залпом допивает воду.

Вечером я долго не могу уснуть. Мысли в голове настолько упорно не хотят угомониться, что я опасаюсь, как бы Кэти не услышала их копошение.

Если Сара действительно решила, будто Лекс разорвал отношения с ней из-за меня, то ее поведение становится более объяснимым. Нет, я ни в коем случае не оправдываю ее жестокость, но отчасти понимаю. От нее отказался парень – это само по себе удар, который удваивается с осознанием того, что самой Саре Браун предпочли неформатное посмешище, каким она меня считает. Неудивительно, что ей захотелось выпустить яд. По школе уже поползли слухи, а это значит, что совсем скоро Саре придется несладко. С высокого трона больнее падать.

Но разве Лекс стал бы бросать общепризнанную красотку, чтобы быть со мной? Он не говорил о своих намерениях. Зато поцеловал. Поступки, конечно, важны, только слова тоже имеют вес, тем более в мире подростков. Я бы предпочла, чтобы слова и поступки соответствовали, дополняли друг друга.

А что, если поцелуй случился уже после их разрыва? Скорее всего, так оно и было. Знай я об этом в тот вечер, как отреагировала бы? Замираю и прислушиваюсь к себе. Мои щеки горят от приятного волнения, и я радуюсь, что Кэти уже спит и не видит меня. Фантазия рисует переплетенные пальцы и невидимые горячие облачка нашего дыхания, смешивающиеся в одно. В воспоминании оживает короткое прикосновение его губ, нежное, почти невесомое…

Совершенно точно все сложилось бы иначе. И если я сейчас же не перестану думать о Лексе в том же ключе, то к утру по уши в него влюблюсь.

Во время завтрака я явно не напоминаю вчерашнего зомби, потому что мама с Кэти многозначительно переглядываются.

– Ты что, стрелки нарисовала? – спрашивает сестра, играя бровями. – Они нацелены на кого-то конкретного?

Ну все, теперь от подколов покоя не будет. Скрываюсь за дверцей холодильника в поисках сока, чтобы мое смущение не было заметно.

– Не выдумывай, я просто давно не красилась.

– О том и говорю: давно не красилась, а тут изобразила кошачий взгляд.

– Допивай уже свой кофе, если не хочешь опоздать. – Я делаю глоток прямо из коробки и поспешно убираю ее.

– А я думала, что люди добреют, когда влюбляются.

– Кэти, – предупреждающе произношу я.