Книга Глиняные сердца, страница 102 – Анита Ферн

– Ладно, – вздыхает она, ставя кружку в мойку, затем говорит загадочно улыбающейся маме: – Иногда она строже тебя.

Сестра уже в состоянии снова сесть на велосипед, и я наслаждаюсь утренней дорогой как никогда. Теплое дыхание ветра ласково касается лица и развевает выбившиеся пряди. Солнце встает с каждым днем все раньше, проливая на мир вокруг невероятно уютный свет, который дарит ощущение, что ты находишься там, где должен. Что ты дома.

Рядом лучший друг, какого только можно пожелать, который со мной с самого детства, – моя Кэти. Кажется, ее извечный восторг от жизни сегодня подействовал и на меня, потому что я предвкушаю этот день.

Похоже, к нашим утренним ритуалам прибавился еще один: возле школы нас снова поджидает Скотти. Едва я приближаюсь, как он начинает вопить и прикрывает глаза ладонями. В два шага подскакиваю к нему, чуть не падаю из-за дрожащих коленей, когда вопли сменяет тихий смех. Мое лицо вытягивается в невообразимой гримасе.

– Рубашка – класс! Выглядишь просто ослепительно.

Опускаю взгляд на свою рубашку с солнечным принтом, и до меня доходит.

– Ты меня так с ума сведешь! – Я легонько толкаю его в плечо.

– Это больше звучит как комплимент. А я бы посоветовала отвесить подзатыльник, – вставляет подоспевшая Кэти.

– Прекрасная мисс Кэтрин, – парень изображает шутовской поклон, – ваша прямота бодрит, как ведро ледяной воды на голову.

– Добренькая Лилу не всегда будет рядом. Как-нибудь она отлучится, а при мне окажутся банка меда и колония рыжих муравьев.

– У-у-у, она явно твоя сестра, – обращается Скотт ко мне. – Только ты читаешь триллеры и боишься, тогда как она придумывает и грозится воплотить в жизнь. Обожаю девушек с фантазией.

Он подмигивает Кэти и припускает к дверям школы. Сестра бросается вдогонку. Ставлю на Кэти, она поймает и защипает его до мольбы о пощаде.

Уроки проходят как и всегда, но моя нетерпеливость растягивает их до бесконечности. А перемены, которых я так жду, пролетают в мгновение ока.

Ну почему, если отчаянно желаешь увидеть кого-то, то ни разу на него не наткнешься? Зато, когда человека избегаешь, он из-за каждого угла навстречу выходит!

Со мной это правило срабатывает на все сто: сколько бы я ни раскидывала зрительную сеть в коридоре, Лекс ни разу в нее не попадается. Закон подлости во всей красе.

К обеду мне начинает казаться, что сегодня он попросту не явился в школу. Конечно, я могу поговорить с ним вечером, заранее договорившись о встрече. Только это один из тех разговоров, которых жаждешь как можно скорее, здесь и сейчас. Поэтому я даже расстраиваюсь, хоть это и глупо.

Последнюю надежду возлагаю на «Укропчик». И он меня не подводит: Лекс обнаруживается за столиком в углу, спокойно отщипывает черри с куста, который заметно опустел.

Я радуюсь его присутствию, словно ребенок. Это чувство расходится во мне щекочущими пузырьками, заставляя подпрыгнуть от нетерпения. Но я тут же беру себя в руки и следую к столу.

– Привет, – здороваюсь я, присаживаясь напротив Лекса.

– Привет. Милые сережки.

– О, спасибо. – Смущенно заправляю прядь за ухо. – Они мои любимые.

Эти серьги – подарок папы. Как-то раз он преподнес нам с Кэти два совершенно одинаковых комплекта: сплетенные из проволоки луну и солнце с мягко мерцающим камнем по центру. Просто так, без всякого повода. Поэтому мне приятно на них смотреть не только из-за их красоты.