Книга Слезы небожителей, страница 207 – Эйси Джей Миллс

– Семья и клятва нерушимы – это девиз нашего дома. – Джоанна подняла голову и посмотрела на Высшего бога. – Значит ли это, что Мариас носила фамилию Кассерген?

– И до сих пор носит, дорогая, – кивнул Владыка. – Иронично сложилась судьба, не правда ли? Один пытается убить другого из-за лжи Высшей богини, что играла жизнями обоих, как марионетками.

Рэйден наконец сумел совладать с эмоциями и поднял взгляд на божество.

– Как давно ты понял, что это я?

– Как только ты вошел в мои владения, Данталион. Лица странников меняются с каждым перерождением души, но твое не изменилось с нашей последней встречи. Ты можешь пытаться скрыть свое прошлое за иной личностью, но ты навсегда останешься последним даймоном, что выжил в той резне. Это не изменится.

– Если в смерти Гастиона повинна Дардариэль, тогда почему она оставила меня в живых?

– Не недооценивай Дардариэль, дитя Загана. У нее всегда есть причины. Она подарила Мариас бессмертие, дала лекарство от него, но отняла способ им воспользоваться. Однако даже это не показалось ей достаточным наказанием. Она жаждала, чтобы та погрязла в мучениях собственного выбора. А что не есть страшнейшее мучение, как ненависть родной крови? Своими руками она разрушила ее принципы, заставила выбирать между клятвой и семьей. Дардариэль обрекла тебя на судьбу охотника, что своим гневом дарует Мариас жизнь нескончаемых мук. Ты должен был преследовать ее, убивать, а она бы возрождалась, и цикл повторялся бы снова. Вот какой она видела истинную кару богов. Но знай ты раньше, что дух Гастиона помечен печатью Самигины, поднял бы на сестру клинок?

– Нет, – покачал головой Рэйден с дрожью в голосе.

– Дардариэль не могла допустить этого, поэтому скрыла от тебя вторую часть своего проклятия. – Вепар задумчиво покрутил запястьем. – Впрочем, она не сумела предвидеть того, что ты решишь отказаться от своей божественности. Но Дардариэль терпелива. Это лишь вопрос времени, когда ты снова примешь ее.

– Если я не принял ее за столетия скитаний, то с чего бы мне делать это сейчас?

Высший бог обнажил клыки в усмешке.

– Думаешь, что, убив Мариас, ты смиришься? Может, ты и отомстишь за смерть Кроцелл, Роновери и Айрис, но пока убийца Гастиона жива, жажда мести по-прежнему будет пожирать твою душу. И в итоге тебе придется принять свою божественность, чтобы убить ее, потому что только бог может убить бога.

Вепар видел Рэйдена насквозь. И сам Рэйден понимал, что Высший бог прав. Он так давно жил с ядовитыми цветами мести в душе, что не смыслил иной жизни. Даже если он сломает все ее ветви одной смертью, они вновь зацветут, покуда корень их сжимает его сердце.

– Почему ты говоришь так, словно желаешь смерти Дардариэль? Разве вы – Высшие боги – не должны быть заодно?

– Потому что божество, покаравшее целый город ради своих убеждений, больше не может хранить души смертных, – ответил Вепар. – Дардариэль не место в небесных чертогах.

– Так почему же ты сам не убьешь ее?

– Когда мы нарекли себя Высшими богами, то поклялись перед Создателем и Небесной матерью, что никогда не поднимем оружие друг на друга. Эта клятва породнила нас. И кара небес обрушится на того, кто нарушит слова, данные прародителям.

– Поэтому ты хочешь, чтобы этот грех на душу взял я?

– Клятва не связывает тебя с Дардариэль, – покачал головой Вепар. – Убив ее, ты останешься свободным и сделаешь свободными нас от ее греха.