Книга Хозяйка Дьявола, страница 49 – Катерина Траум

Раб – оружие в руках господина. Он не несет ответственности за себя и свои деяния, лишь выполняет приказы. Приказ драться, приказ убивать, приказ показать людям зрелище… Чем она лучше скотины Глашера, превратившего мальчика из трущоб в этого монстра, готового резать глотки за право жить? Чем она лучше Рори, выращивающего таких же парнишек и наплевавшего на их боль?

Никакие деньги не стоили отвращения к себе, которое накрыло плотным одеялом и не давало дышать.

Осознание пришло вместе с новыми ударами клинков – выпад, блок, новый разворот и снова отступление. Поединок казался изящным танцем, если не знать его последствий. Сандра вновь наклонила голову, чтобы снять очки и вытереть слезу в уголке глаза. Сантименты тут точно не к месту, но понимание своей ответственности за происходящее не давало ей успокоиться. Каждый новый шрам на этих телах – ее вина. Это она будет отвечать в Судный день перед Господом за всю сегодняшнюю боль.

А поединок лишь набирал обороты. После очередного выпада Голема Деон внезапно перекатился по песку, не приняв удар блоком, и воткнул зубец саи точно в икру противника, пройдя насквозь через плоть.

Арену огласил вопль. Не став задерживаться, Дьявол уже вытащил клинок и отскочил на безопасное расстояние, дав Голему момент, чтобы совладать с собой. Из глубокой колотой раны хлынула кровь, но раб не позволил себе упасть на колени и упрямо вытянулся во весь рост, даже не зажав дыру в ноге. Выдержка у него и впрямь отменная. А вот Сандра со страдальческим всхлипом зарылась носом в платок, борясь с позывами желудка и появившейся во рту горечью, смешанной с терпкимвиски. Кошмарное сочетание!

Рана не давала Голему двигаться с прежней скоростью. Он рычал от бессилия, пытаясь двинуться вперед к будто намеренно отошедшему сопернику, но Деон словно не замечал этого, лениво вытирая с шеи кровь и даже демонстративно отвернувшись. И тут раненый зверь захрипел от злости, перехватил сай за зубец и прицелился, собираясь метнуть оружие.

Сандра тонко пискнула от ужаса, когда клинок полетел точно в затылок Деона, будто специально стоящего к Голему спиной и ловящего восторженные овации зрителей. И тут действительно удалось лицезреть Дьявола во всей красе. Он, словно затылком почуяв опасность, резко присел, позволив саю воткнуться в деревянное ограждение арены. А затем повернулся и метнул свой клинок в ответ – молниеносно, без жалости. Слепо, даже не целясь.

Зубец вошел Голему точно в середину живота, вызвав глухой хрип боли. Не в силах оставаться на ногах, тот упал на колени, зажимая рану и подвывая. Изо рта у него брызнула кровь, и смотреть на происходящее безумие для Сандры было все тяжелее.

– Черт! Твоя взяла, Джон, – с откровенной досадой фыркнул Барлоу, кажется уже списывая раба со счетов. – Пять лет псу под яйца. Кусок дерьма!

Графиня икнула от шока: как будто тому было совершенно плевать на воющего в агонии человека. Победитель и так уже ясен, к чему жестокость? Зачем продолжать?

Но беснующаяся толпа за ее спиной явно была иного мнения.

– Дьявол! Дьявол! – скандировали жаждущие крови зрители, и Деон послушно начал забивать жертву.

Будто готового к свежеванию кролика, он обошел стоящего на коленях с клинком в животе противника, вскинув оставшийся в руке сай. Размахнувшись, без тени жалости на лице воткнул зубец в плечо Голема, продырявив его насквозь. Тут же вынул и лениво вытер кровь о штаны, а над ареной пролетел глухой стон. Багровая лужа скапливалась под коленями проигравшего, стекая из колотых ран. Голова Голема повисла, и тот уже будто был не в этом мире, а где-то между жизнью и смертью.