Книга Мой муж – чудовище, страница 28 – Даниэль Брэйн

– Миледи, так что карета? – негромко спросил он. – Без вашего ведома я не могу взять лошадь.

Я нахмурилась. Филипп просит, чтобы я принимала решения, значит, снова никому не известно, где лорд Вейтворт?

– Спросите его милость, – пробормотала я.

– Никто не знает, где он, миледи.

Мой муж, человек, который женился на мне неизвестно зачем, исчезает и появляется неожиданно, и никто из слуг ведать не ведает, где он бывает. «В полнолуние», – закончила я и загнала глубже все возможные мысли. Оборотень не может так долго скрывать свою суть, лорд Вейтворт живет здесь уже два года.

– Да, поезжай, – разрешила я. – Найди карету, найди Летисию, привези сюда. Если полиция уже нашла ее и с тобой не отпустит, я… – Что я могу? – Я сама отправлюсь к ним завтра.

– Как прикажете, миледи, – кивнул Филипп.

– Возьми кого-нибудь, один не езжай.

– Как прикажете, миледи.

Главное, не забыть еще что-нибудь очень важное, о чем я впоследствии могу пожалеть.

– Того, кто умеет стрелять.

– Ваша воля, ваша милость.

Дверь за Филиппом закрылась, и я подошла к кровати, предвкушая тепло и, возможно, сон. Юфимия так и сидела рядом, сложив руки на коленях, а Джеральдина вышла из ванной и вопросительно посмотрела сначала на дверь, потом на меня.

Я покачала головой. Джеральдина приблизилась и приподняла мне одеяло, а я услышала на улице какой-то шум.

Кто-то, как я часом раньше, стучал в ворота. Я быстро подошла к окну, полагая, что это кто-то из тех людей, за которыми послал Филипп, и не сразу сообразила, что он не успел бы это сделать, если только не отправил кого-то за охотниками еще до того, как пришел ко мне.

Но судя по тому, как озабоченно кинулся к воротам конюх, это были не люди Филиппа. Их должны были ждать, этот же гость был незваным. Открыл конюх тоже не сразу, прислушивался, будто голос был ему незнаком или, напротив, знаком хорошо, но что-то не так было с его обладателем.

Наконец створка ворот приоткрылась, и я от волнения дернула штору так сильно, что на карнизе звякнули украшения. Во двор имения въехал экипаж, покореженный, весь в снегу.

Кто сидел на козлах, я не могла разглядеть, как ни старалась.

Снегопад не унимался. Сейчас с неба сыпалась мелкая крошка, но мне было ясно – к утру усадьба утонет в сугробах. Я смотрела на небо, потому что не хотела видеть то, что происходит во дворе.

Лорд Вейтворт – или это был кто-то другой, похожий на него по фигуре, – говорил что-то подбежавшим слугам и крестьянам. Их было куда больше, чем когда встречали меня, а Филипп что-то объяснял и размахивал руками. Из кареты вытащили бесчувственное женское тело.

– Подай мне накидку, – распорядилась я. Юфимия заметалась, она не знала, где что лежит, да и я не могла сказать, осталось ли у меня что-то или Летисия собрала все мои вещи, кроме ночных и бальных платьев.

Джеральдина сообразила быстрее, распахнула шкаф, выхватила оттуда летнюю пелерину – достаточно длинную, чтобы я могла под ней скрыть ночное платье, и я, кивнув ей коротко, выбежала из комнаты.

Люди уже говорили где-то в зале, кто-то преувеличенно громко, кто-то, наоборот, очень тихо, я хотела остановиться и послушать, но поняла, что не смогу ничего разобрать.

Первым меня заметил седой, весь заросший бородой крестьянин и поклонился. Следом обернулись и остальные, но за ними я не могла разглядеть, что там, на диване, куда положили женщину.