Книга «Весомый» повод для скандала, страница 170 – Иванна Флокс

Из темноты коридора в зал шагнула фигура.

Не Люциан дэ’Лэстер, праздный аристократ в бархате.

Воин.

Он был облачен в строгий, наглухо застегнутый черный мундир генерала королевской гвардии. Серебряные пуговицы тускло поблескивали в свете свечей, как звезды на ночном небе. На груди горел герб правящего дома, а левая рука покоилась на эфесе простого,но смертоносного боевого меча.

Зал перестал дышать. Музыка оборвалась, словно музыкантам перерезали струны.

Каин шагнул внутрь. Стук его сапог по паркету был единственным звуком в огромном помещении — ритмичный, тяжелый, неотвратимый, как поступь самой судьбы. За его спиной, безмолвными тенями, в зал втекали гвардейцы. Их лица были скрыты, арбалеты взведены. Они мгновенно оцепили периметр, отсекая любые пути к бегству.

Толпа, повинуясь инстинкту самосохранения, отхлынула назад, образуя широкий коридор. Каин шел по нему, не глядя по сторонам. Его лицо было бесстрастным, высеченным из камня, а льдисто-голубые глаза смотрели только на одного человека.

На Оливера Де Роша.

Герцог застыл. Его рука, потянувшаяся за оружием, безвольно повисла. Краска отлила от его лица, оставив его серым, как пепел. Он узнал. Все узнали.

Каин остановился в центре зала, в десяти шагах от нас. Тишина стала звенящей, невыносимой. Казалось, если сейчас упадет булавка, звук будет подобен грому.

«Меч короля» обвел взглядом замершую знать. Люди вжимали головы в плечи под тяжестью этого взора. Затем он заговорил. Его голос был спокойным, ровным, но в нем звучала такая власть, что у меня по спине пробежали мурашки.

— Я — генерал Каин Ривенгер, командующий личной гвардией Его Величества.

По залу пронеслись испуганные вздохи. Имя «Кровавого Генерала» знали все. Это был конец.

— Герцог Оливер Де Рош. Граф Рольф Уоткенс.

Он произнес их имена, словно вбивал гвозди в крышку гроба.

— Вы обвиняетесь в государственной измене, создании преступного синдиката, контрабанде и торговле людьми — подданными короны.

Уоткенс издал сдавленный звук и осел на пол, хватаясь за сердце. Оливер стоял, покачиваясь, его глаза лихорадочно бегали, ища выход, которого не было.

— Доказательства неопровержимы и находятся в моих руках, — продолжил Каин, и его голос стал жестче, отрезая любые пути к оправданию. — Именем короля, вы арестованы.

Он сделал паузу, позволяя смыслу слов дойти до каждого.

— Вашим семьям, — генерал перевел холодный взгляд на леди Маргариту, которая зажала рот рукой, чтобы не закричать, и на трясущегося Арманда, — предъявлено обвинение в соучастии и укрывательстве. С этой минуты вы лишаетесь всех титулов, званий и привилегий. Все ваше имущество — земли, поместья,счета — конфискуется в пользу короны и семей пострадавших.

Тишина взорвалась. Кто-то закричал, какая-то дама упала в обморок. Арманд попятился, споткнулся о собственную ногу и с жалким визгом рухнул на пол, пытаясь заползти за юбку матери.

— Нет! — хрипло выкрикнул Оливер, теряя остатки самообладания. — Это ложь! Ты не имеешь права! Это мой город!

— Это город короля, — отрезал Каин. — А ты в нем — всего лишь преступник. Взять их.

Оливер заметался, затравленно озираясь по сторонам. Герцог видел, как гвардейцы смыкают кольцо, видел ужас в глазах жены и сына, видел холодное торжество на лице Каина. Его империя, которую он строил годами, рушилась прямо на глазах, рассыпаясь в прах. Осознание краха ударило в голову, лишая рассудка. Его взгляд метнулся ко мне, и в нем вспыхнула дикая, нечеловеческая ненависть.