Книга (Не)любимая невеста Императора дракона, страница 68 – Мира Влади

– Рейн… – выдохнула я, мой голос был едва слышен, а руки задрожали так, что я уронила тряпицу, которую держала. – Ты… ты же ушёл.

Остальные все слова застряли в горле. Глупо было надеяться, что он так легко уйдет...

Мой разум метался, как загнанный зверь, но я знала, что отпираться бесполезно. Рейн всё видел. И теперь всё зависело от того, что он решит сделать с этим знанием.

– Рейн… – прошептала я, мой голос был едва слышен, а руки задрожали так, что я уронила тряпицу, которую держала. – Пожалуйста… не делай этого.

Он приподнял бровь, его взгляд скользнул от меня к неподвижному телу Тирона, и в его глазах мелькнула тень презрения, смешанного с чем-то более глубоким – ненавистью, что копилась веками. Его губы искривились в злой усмешке, пропитанной холодной, звериной решимостью.

– Не делать что? – спросил он низким, почти рычащим голосом, в котором звучала насмешка. – Не добить дракона, который лежит здесь, истекая кровью? Не отомстить за всё, что они сделали с нами? Ты серьёзно просишь меня о милосердии к нему, Элина?

Я покачала головой, чувствуя, как слёзы жгут глаза, но я не дала им пролиться. Мои пальцы вцепились в край корзины, ивовые прутья впились в кожу, но боль помогла мне собраться.

– Да, – голос дрожал, но в нём была твердость, которую я сама не ожидала. – Я прошу тебя не добивать его. Не потому, что он… хороший. Тирон – твой враг, я знаю. Но если ты сделаешь это, ты не лучше него. Ты не дракон, Рейн. Ты волк. И волки не убивают ослабленных, они дают им шанс.

Я сглотнула, чувствуя, как горло сжимает ком.

– Помоги мне спасти его. Пожалуйста. Если он умрёт здесь, это ничего не изменит. Но если он выживет… может, он поймёт, что война – не выход.

Рейн фыркнул, его усмешка стала шире, но в ней была горечь.

– Спаси его? – переспросил он, шагнув ближе, и я почувствовала, как воздух между нами накаляется. – Ты просишь меня спасти дракона, который истребил наших истинных, который проклял нас на вымирание? Чьи предки жгли наши дома, разрывали наших детей?

Его голос стал громче, в нём зазвучала ярость, и я увидела, как его глаза вспыхнули, как у зверя, готового к прыжку.

– Ты знаешь, что они сделали с нами, Элина? Ты слышала, как матери выли, пряча своих волчат от огня, как отцы сражались, пока их не разрывали на куски? А теперь ты просишь меня протянуть руку этому… убийце?

Я вся съежилась от его слов. Слёзы текли по щекам, несмотря на все мои усилия остановить их. Я понимала боль Рейна. Но сейчас передо мной лежал не дракон из легенд, а человек – раненый, умирающий, и моя магия, моя совесть не позволяла мне просто уйти.

– Я знаю, – прошептала я и заставила себя посмотретьему в глаза. – Я знаю, что волки страдали. И мне больно за вас. Но Тирон… он не его предки. Он не должен отвечать за их грехи. Он плохой дракон, Рейн, жестокий, эгоистичный, но он не заслуживает смерти за то, что сделал кто-то сто лет назад.

Я сжала кулаки, чувствуя, как гнев на Рейна смешивается с отчаянием.

– Если ты убьёшь его, ты не отомстишь. Ты только дашь повод его людям прийти сюда и выжечь всё. Помоги мне, или… или объяви меня предательницей.

Рейн смотрел на меня, его глаза сузились, и я видела, как в них мелькает буря – ярость, сомнение, что-то ещё, что я не могла разобрать. Он молчал, его дыхание было тяжёлым, и я чувствовала, как воздух между нами вибрирует от напряжения. Время тянулось, как вечность, и каждый миг казался мне ударом сердца Тирона, который мог стать последним.