Книга (Не)любимая невеста Императора дракона, страница 78 – Мира Влади

Я доковылял до двери, цепляясь за бревенчатые стены. Дверь была приоткрыта, и сквозь щель проникал холодный утренний свет, серый и тусклый, как моё собственное отчаяние.

Я замер, услышав голоса. Мягкий, но дрожащий от слёз, совершенно точно принадлежал Элине. Выглянул, и моё сердце пропустило удар.

Они стояли неподалеку, Рейн и Элина, и я видел, как его рука осторожно убирает прядь её шёлковых волос с лица. Её глаза блестели от слёз, и она смотрела на него с такой болью, что я почувствовал, как что-то внутри меня ломается.

Я всегда считал Элину своей – само собой разумеющимся, как воздух, как трон, как огонь дракона в моих венах.

Она была частью моего мира, частью моего плана, моей власти. Я не задавался вопросом, что она чувствует, чего хочет. Я был императором, и её место было рядом со мной – так я думал.

Но теперь, глядя на неё, на её хрупкую фигуру, на её слёзы, на то, как она смотрит на этого проклятого волка, я понял, что никогда по-настоящему не видел её. Не её сердце, не её душу.

И теперь, когда я осознал, что она значит для меня – не как трофей, не как часть империи, а как женщина, которая стала мне… небезразлична? – было слишком поздно.

Она выбрала его. Или, может, я сам оттолкнул её, своим высокомерием, своей холодностью, своей уверенностью, что она никуда не денется.

Моя грудь сжалась, как от удара, и я отступил в глубь избушки, чувствуя, как горечь поднимается в горле, как яд, который всё ещё тек по моим венам.

Я был ненужным – здесь, в этом логове волков, в этом мире, где мой трон украли, а мою жизнь объявили законченной. Я сжал кулаки, ногти впилисьв ладони, и я заставил себя дышать ровно.

Нет. Я не сдамся.

Если совет думает, что может стереть меня, они ошибаются. Я всё ещё Тирон, император драконов, и я найду способ вернуть то, что моё.

Я заставил себя выйти из избушки, каждый шаг отдавался болью в боку, но я держал спину прямо, игнорируя слабость. Снаружи волки уже собрались – импровизированный круг из дюжины мужчин, их жёлтые глаза горели в утреннем свете, а в руках поблёскивало оружие: мечи, копья, арбалеты.

Они выглядели как стая, готовая к бою, их ауры, мощные и дикие, давили, как тяжёлый воздух перед бурей. Рейн стоял в центре, его тёмный плащ колыхался на ветру, а лицо было словно высеченным из камня. Он посмотрел на меня, его бровь приподнялась, и я увидел в его глазах смесь насмешки и настороженности.

– Я иду с вами, – непоколебимо заявил я. – Дайте мне оружие. Я попытаюсь поговорить со своими людьми. Если не получится… – Я замолчал, чувствуя, как боль в боку пульсирует, но я не отвёл взгляда. – Я буду драться.

Волки зашептались, их голоса были низкими, почти рычащими, и я видел, как их глаза сузились, полные недоверия. Высокий, с длинной косой и шрамом через бровь, шагнул вперёд, его рука сжала рукоять меча.

– Дракон хочет драться с нами? – прорычал он, его голос был полон презрения. – Ты думаешь, мы тебе поверим? Ты привёл сюда войну!

– Довольно, Кейл, – оборвал его Рейн, его голос был спокойным, но в нём звучала сталь. Он посмотрел на меня, его глаза пробежались по моему лицу, словно он пытался понять, насколько я серьёзен. – Ты едва стоишь, дракон. Но если хочешь идти – идёшь. Только без фокусов. – Он кивнул одному из волков, и тот неохотно бросил мне короткий меч, его клинок был старым, но острым. Я поймал его, чувствуя, как тяжесть оружия отдаётся в моих ослабевших руках.