Книга Сбежавшая невеста. Особая магия дроу, страница 34 – Мартиша Риш

Больше ничего этого нет. Придут лихие люди, да помогут им боги, утащат все, и я опять останусь одна, ни с чем. Все из-за Борджа, не долго же ему оставаться моим управляющим. Эльтем справедливы, добры и жестоки, каждому дают по совести. Теперь я гораздо лучше понимаю свою бабушку, когда она произносила эти слова и велела творить добро там, где нужно, зло – где необходимо. А здесь я очутилась, чтоб не перепутать одно с другим.

Я оглянулась назад, приласкала взглядом переплет изогнутого оконца,за ним мелькнул мой очаг, вышитая подушка в кресле, горшочек, который я купила на рынке в обмен на медяк. Красивый, расписной, чуть сколотый сверху, потому-то мне его и отдали дёшево.

- Шевели башмаками, колдовка!

- Я-то пошевелю, как бы вам потом самим не пришлось бежать куда глаза глядят, - стражи идут позади, напирают, торопят.

- Ты поболтай еще! Угрожать вздумала! Видали таких! Ничё, на площади кроткая как олень станешь, да поздно. Косы то обе уж точно срежут.

- К бесу их. Как бы вам головы не потерять. Косы-то отрастут, а вот головы – нет. Впрочем, я добрая, ничего вам не будет.

***

Чезаро

Боги играют, завивают песок в невысокие вихри прямо по средине дороги. Каждый такой кажется новорожденным смерчем, а стоит приблизиться – сознаешь, что это всего-то юла из совсем мелких песчинок. Это почти игрушка, только вложенная не в руки ребенка, а в руки бога, который и судьбу твою может так же прихотливо завить. Песок поднимается вверх, а затем вновь облетает на землю. Совсем как человек, который достиг многого, но оказался вынужден уйти в монастырь, бросить все. Как тот, кто слетел с самых вершин и вновь превратился в пыль, истоптанную сапогами. Бывают же и такие судьбы, если разгневать богов.

Я невольно тронул амулет, свисающий с шеи, только бы мне не опрокинуть свою судьбу так. Не стать пылью под чужими сапогами, каким-то крестьянином или, того похуже, рабом. А впрочем, рабство давно извели в нашей части света, теперь все люди стали свободными, но не равными.

Те, в ком горит яркая искра магии, как были, так и остались аристократами или воинами. Дар как сокровище переходит из поколения в поколение, хранит титул и род. От мага, рождаются маги.

Нет, изредка бывает, что какой-то бастрюк, рождённый от знатного отца, хранит в себе заветную искру. Но совсем не большую. И не дай ему боги использовать ее для черного колдовства. Такого никак нельзя допускать, иначе весь наш уклад жизни может быть опрокинут. Магией владеть не могут крестьяне, они не должны пытаться ею управлять. Иначе дожди никогда не коснутся полей их вредных соседей, зато сорняки, напротив, заполонят хлебные земли. Люди злы по природе своей. Поэтому нужно крепко следить, чтоб никто не ворожил из селян, чтоб хорошо всходили посевы, чтоб дожди проливались равномерно везде и всюду. Иначе – неурожай, погибель для всех, да и казна опустеет.

Я выехал на дорогу, ведущую в сторону южной границы. Еще вчера такая поездка казалась бы мне настоящим подарком. Конь застоялся, да я и сам рад проехаться легким галопом, размяться как следует.

По обеим сторонам дороги стоят налитые колосья пшеницы, густо пахнет кашей и хлебом. Кажется, будто бы дорога стелется меж двух полных озер золота, ветерок гонит по ним невысокие волны. Только не слышно плеска, вместо него здесь шуршание, похожее на бархатный шепот. Впрочем оно так и есть, это золотые поля, зерна приносятизрядный доход нашему герцогству.