Книга Неуловимая невеста лорда и канцлера, страница 63 – Таша Тонева

— Я… уезжаю, — сказала я просто. — Я нашла своих истинных, и они забирают меня к себе.

Об этом мы договорились по дороге к моему дому. Вернее, драконы настояли, а я почему-то согласилась с большим облегчением.

Мать ахнула, прикрыв рот рукой. Кири фыркнула, полная презрения.

— Своих истинных? — она язвительно рассмеялась. — Ты о чем? Твой жених — это лорд Храминг, и уже подписан договор! То что ты решила сбежать из дома и теперь приводишь каких-то… мужчин. Придумала глупую причину. Ты никогда не умела врать!

— Это не так! — вырвалось у меня.

Я закатала рукава, показывая запястья. Я помнила, что узоры невидимы, но я чувствовала их под кожей. — Смотрите! Здесь метки! И я и драконы чувствуют их… они означают, что я не могу принадлежать никому другому!

Мать подошла ближе, ее взгляд скользнул по моим чистым, бледным запястьям. В ее глазах не было веры, только раздражение и злость.

— Какие метки, дочь? Я ничего не вижу. Ты совсем спятила? Или… — ее голос стал шепотом, полным ужаса, — или ты наколола себе что-то, чтобы опозорить нас окончательно?

— Я не вру! — слезы навернулись на глаза. — Они настоящие! Просто… сейчас они не видны. Но они есть!

Отец тяжело вздохнул и встал. В его взгляде я прочла глубокое разочарование и… презрение.

— Довольно, Эльга. Хватит позорить семью. Ты всегда была странной, но чтобы до такой степени лгать… — он повернулся к драконам, сложив руки в почтительном жесте. — Господа, прошу прощенияза недостойное поведение моей дочери. Она… впечатлительная. И, видимо, сочиняет небылицы, чтобы избежать законного брака. И, судя по всему, — его взгляд скользнул по моему раскрасневшемуся лицу, по моей позе между двумя мужчинами, — не слишком добродетельная особа. Прошу вас, не верьте ей и не потакайте ее небылицам. Лорд Храминг влиятельный человек. Он это так просто не оставит.

Его слова ударили больнее, чем любая пощечина. Отец назвал меня лгуньей и блудницей. Перед теми, кто был моей единственной надеждой.

— Папа, нет… — выдохнула я.

Кири, почувствовав слабину, набросилась с новой силой, ее голос стал совсем визгливым:

— Ну, конечно! Рассказывай! Уже не знаешь, как отвертеться от свадьбы с достойным человеком, вот и придумала сказку про драконов! А этих, — она презрительно кивнула на Руго и Аврона, — где наняла? Дорого, наверное, обошлись такие истинные?

И тут, наконец, вмешались драконы.

До этого момента они стояли молча, наблюдая за семейной драмой с ледяным, равнодушным спокойствием. Но теперь что-то изменилось в комнате. Появилось какое-то давление. Воздух стал еще гуще и тяжелее.

Отец почувствовал первым и невольно отступил на шаг. Мать замерла с открытым ртом. Кири умолкла на полуслове, ее взгляд растерянно метнулся от одного дракона к другому.

Аврон сделал один, неспешный шаг вперед, закрывая меня своей спиной. Его холодные глаза обожгли льдом моих родных.

— Довольно, — произнес он, и одно это слово, сказанное негромко, но с такой неоспоримой властью, заставило всех вздрогнуть. — Мы выслушали достаточно, чтобы составить мнение.

Он перевел взгляд на меня, в его глазах я увидела нарастающую, холодную ярость, направленную не на меня.

— Они точно твои родные? — тихо спросил Руго, стоявший у меня за спиной.

В его голосе отчетливо послышалось рычание.

Я могла только кивнуть, слезы текли по щекам беззвучным потоком.