Книга Мой любимый хаос. Книга 2, страница 86 – Татьяна Сотскова

Джек Талэо всё это время молчал. Он не двигался, его лицо оставалось маской полного спокойствия. Но если присмотреться, можно было заметить, как в глубине его глаз зажегся тот самый холодный, аналитический огонёк, который появлялся, когда перед ним возникала сложная, но решаемая задача.

Он смотрел куда-то в пространство перед собой, мысленно примеряя этот слух к известным ему фактам, ища в этой нестыковке слабое место, за которое можно было бы зацепиться.

— Это слишком небрежно, — после паузы покачал головой Джек. Его голос был ровным, но в нём слышалась твёрдая уверенность. — Слишком много шума и кривых вопросов. Если бы она действительно была их агентом, они бы не устраивали публичных обысков. Её бы тихо и незаметно вывезли под покровом ночи, не оставив и следа. А не кричали о её победе на каждом углу.

— А если это ловушка? — предположила Анэн, её пальцы беспокойнотеребили грубую ткань её платья. — Нас заманивают наверх, чтобы поймать с поличным? Обвинить в связях с «предательницей» или в шпионаже? Мы идеальные козлы отпущения — чужаки без истории.

— Возможно, — согласился Джек, и в его тоне не было ни страха, ни отрицания, лишь холодный расчёт. — Вероятность этого есть. Но это единственная ниточка, которая у нас есть, пусть и пахнет она отравленной приманкой. Все остальные пути, которые мы пробовали, ведут в глухой тупик. Мы исчерпали варианты в Поднебесье.

Он тяжело поднялся и подошёл к зарешеченному окну, глядя на бесконечные серые стены каньона, уходящие вверх, в смог. Его взгляд был устремлён куда-то далеко, будто он пытался разглядеть в этих слоях грязи и металла путь к цели.

— Мы топчемся на месте, — произнёс он тише, почти для себя. — Каждый день, что мы здесь, увеличивает шанс провала. Риск… риск теперь неизбежен'.

— Значит, идём наверх?' — Максим посмотрел на Джека, а затем перевёл взгляд на Анэн, ища в её глазах поддержки или протеста. В его голосе не было страха, лишь решимость и готовность наконец перейти от выжидания к действию.

Джек медленно, будто каменная глыба, повернулся к ним. Его лицо было серьёзным.

— Идём, — подтвердил он. — Но будем готовы ко всему. К ловушке, к предательству, к тому, что эта ниточка оборвётся. Держитесь вместе и не теряйте бдительности ни на секунду.

Сборы заняли всего несколько минут. Их скудные пожитки уместились в пару небольших свёртков — смена белья, остатки еды, ничего лишнего. В этом чужом и враждебном мире у них не было ничего, что стоило бы бережно упаковывать. Только друг друга и тяжёлое бремя миссии, что привела их сюда.

Спускаясь по скрипучей, прогибающейся под ногами лестнице, они снова почувствовали на себе тяжёлые, подозрительные взгляды. Из-за полуприкрытых дверей за ними следили другие постояльцы, а за стойкой внизу замер хозяин, его глаза-щелочки выражали лишь одно желание — поскорее выпроводить их.

Максим, стараясь казаться небрежным, бросил на липкую стойку несколько монет. Звук был громким в давящей тишине.

— Мы выезжаем.

Хозяин, не глядя и не проверяя сумму, сгрёб монеты лапой и что-то пробормотал себе под нос:

— Счастливого пути. И… поскорее.

В его тоне не было и намёка на пожелание удачи — лишь облегчение от того, чтоэти странные, пахнущие чужими бедами гости наконец убираются прочь.

Выйдя на уличный мост, они вдохнули полной грудью. Воздух был густым и едким, пах гарью, раскалённым металлом и чем-то ещё, сладковато-гнилостным — неизменный аромат Поднебесья. Но сейчас он казался прощальным.