Книга Попаданка. Без права на отдых, страница 123 – Натали Лансон

Хруст – глухой, окончательный.

Тело зелёного дракона обмякло. Глаза остекленели.

Один враг – мёртв.

Магнус застыл в воздухе.

Он смотрел на всё это – и в его глазах не было ярости. Был страх.

И тогда он вспыхнул – не огнём, а магическим светом перерождения. Его тело сжалось, чешуя исчезла, крылья растворились в воздухе… и на краю дороги, дрожа от злобы, появился человек.

Магнус Борнор.

Бледный. В разорванной рубашке. С глазами, полными пугающего отчаяния и… расчёта.

Он знал: в драконьей форме ему не выжить. Но он – менталист. А менталисты сражаются не когтями.

– Хильсадар! – выкрикнул он, голос дрожал, но взгляд – острый, как лезвие. – Тыдумаешь, я отдам тебе своё?!? Она – МОЯ ЖЕНА!!

Хильсадар медленно обернулся. Его драконья форма вспыхнула, и через мгновение на месте чудовища стоял Коррин – высокий, мокрый от пота и крови, с глазами, в которых всё ещё горела ярость.

Он ничего не ответил.

Не успел.

Потому что в этот момент ударил Борнор.

Не кулаком. Не клинком.

Он впился в разум Коррина – грубой, липкой волной принуждения, которая, как цепи из чёрного железа, обвила сознание генерала.

– Склонись! – прошипел Магнус, шагая вперёд. – Признай: ты не достоин её! Она – иная, а ты – всего лишь учёный! Имперская кукла, которой управляли Адари по своему усмотрению с самого рождения!

Воздух вокруг Коррина искривился. Его тело напряглось. Кровь из раны на руке потекла быстрее – магия давила, как пресс.

Но Коррин не упал.

Он взглянул на Магнуса – и в этом взгляде не было боли. Была ярость, выстраданная веками.

– Ты ошибаешься, – сказал он тихо. – Я не кукла. Но – да! Я учёный… Очень хороший учёный, который знает, что иногда магии и зверя недостаточно, чтобы уничтожить врага!

Кор рывком вытащил из-за пазухи искрящийся красный медальон, усмехнулся, а потом сжал его до хруста, пока он не лопнул, разливаясь красными всполохами по контуру его тела.

Ментальные цепи лопнули, как паутина под копытом коня.

Магнус закричал – не от боли, а от того, что его магию иссушили.

Коррин шагнул вперёд.

– Ты посмел думать, что можешь владеть ею? Сможешь воспользоваться женщиной, которую я люблю?! – бешенство сочилось в каждом слове Хильсадара. Сейчас он совершенно не был похож на того замкнутого книгочея, которым я его знала. – Ты даже не пыль под её ногами! Тварь!

Он поднял руку.

И взорвал остатки ментального щита Борнора чистой волей – не магией, а силой духа, что сильнее любого заклинания.

Магнус упал на колени. Глаза закатились. Из носа и ушей потекла кровь.

– Нет… нет… пожалуйста… – бормотал он, царапая брусчатку.

Коррин наклонился.

– Нет тебе пощады, сукин сын.

И разорвал его сознание– не до смерти, но до вечного мрака.

Тело Магнуса Борнора рухнуло на землю, дрожа, как выброшенная на берег рыба. Дышал. Но разума в нём больше не было.

Коррин выпрямился.

Обернулся.

И пошёл ко мне.

Эван засуетился рядом.

– Драконий Бог! Никогда не видел генерала таким! – бормотал мужчина, ключом открывая мои наручники.

Едва оказавшись на воле, я бросилась навстречу своему защитнику, слыша только как ветер свистит в ушах.

Хильсадар тоже ускорился, почти побежав.

Мы врезались друг в друга.

Кор обнял меня за талию и закружил, жадно вдыхая запах возле шеи.

– Надя… Моя…

Я разревелась, как дурочка.

Над нашими головами занимался рассвет.