Книга Попаданка. Без права на отдых, страница 125 – Натали Лансон

– Если только сами иные и идалии не культивируют эти направления магии, – добавил артефактор, которого все называли любя «Злобик».

– Именно так, – кивнул Эван. – Поэтому Борнор и придумал гениальный план: создать линию, усиленную иномирной природой, закрепить род, который смог бы даже поглотил власть. Борнор видел в браке с «иномирянкой» не любовь, а средство – инструмент для восстановления семьи и мести: его отец был казнён год назад как один из «теневиков», и юный Магнус жил с жгучим желанием отмщения и возвращения статуса.

– Ему помогали ещё трое, – Криста поморщилась. – Тоже наследнички тех,что был в Ордене Тени.

– Все заключены под стражу, – подвёл черту в своём отчёте Эван. – Сейчас конвой везёт их в столицу. Там императрица решит их судьбу.

Я слушала, и где‑то внутри всё сжималось от содрогания: драконицы, которых убивали, чьи жизни прервали ради чьих‑то мерзких планов, мне было их безумно жалко.

Но когда рука Коррина скользнула по моей коленке под столом, я почувствовала, как страх замер в узле и растворился. Его прикосновения было достаточно, чтобы я почувствовала поддержку и успокоилась.

Коррин смотрел на меня так, что пальчики на ногах сами сжимались, и весь разговор за столом для меня уменьшался до размера одного лёгкого дыхания.

– Сегодня… – шепнул он мне на ухо, нагнувшись так близко, что я почувствовала его дыхание. – Прошу нас извинить, –произнёс уже громче, помогая мне подняться.

Я вздрогнула, слегка, и уже вслух:

– А?

– Отдыхайте. Мы с Надин подышим свежим воздухом.

Криста с Эваном понимающе переглянулись, а Грегори спрятал улыбку за бокалом вина.

– Идите, конечно. Что мы... не люди? Воздуха тут, действительно, маловато на пятерых, - хмыкнул невозможный артефактор, окинув взглядом просторную столовую с тремя открытыми окнами.

Хильсадар лишь покачал головой.

А во дворике, едва мы оказались на дорожке, он подхватил меня на руки. За его спиной распахнулись драконьи крылья.

– Оу! – охнула я. – Драконы так умеют?!

– Только некоторые... те, которым я дал особый состав, созданный мной.

Крылья ударили по воздуху, и мы ворвались в небо.

Небо над нами было другое: лёгкое, безграничное, и каждое движение крыла резало воздух и пело.

Коррин держал меня крепко не только руками, но и взглядом, и чем выше мы поднимались, тем меньше оставалось в груди страха от прошлой ночи. Было только «мы» и напряжённое, сладкое ожидание.

Он говорил тихо, на ухо, голос его был ровным, но едва слышно дрожал:

– Ты напугала меня больше всего в жизни, когда исчезла. Я… я не мог думать ни о чём, кроме тебя. Я боялся потерять тебя. И теперь… я не хочу ждать. Нет больше «завтра», нет «ещё немного».Если ты согласна – прямо сейчас, здесь, под звёздами – я хочу сделать тебя моей истинной. Сейчас. Если ты хочешь того же!

Слова падали в меня, как дождевые капли в потрескавшуюся землю.

И я ответила, не раздумывая – потому что всё внутри говорило то же самое:

– Я люблю тебя!

От собственных слов в меня врезалась дурная, радостная дрожь.

Я обхватила его шею, прижалась всем телом и сказала ему это ещё раз, шепотом, чтобы слушали только звёзды. Потом ещё, чуть громче… И засмеялась на этом пике счастья.

Кор, не теряя ни секунды, сжал меня в объятия, и мы сорвались вниз.

Я завизжала от захватывающего восторга.