Книга Попаданка в Академии элементалей 2, страница 68 – Лина Деева

Из сумочных недр были извлечены серебристый ярмарочный фонарик и красиво перевязанный лентой пряник в виде знака стихии земли. Лейна наморщила лоб, придумывая, как передать подарки, однако ситуацию спас Черныш. Спланировав вниз, он схватил фонарик зубами и вернулся ко мне. За второй рейс точно так же был доставлен и пряник.

— Спасибо большое! — поступок Лейны тронул меня до глубины души.

— Да не за что! — отозвалась соседка. Быстро огляделась и снова подняла на меня глаза: — Ладно, пойду, пока госпожа Торн не прогнала. Выздоравливай!

— Буду стараться!

Я провожала её глазами, покуда она не исчезла за углом, и только после этого закрыла окно. Задёрнула штору и в обнимку с подарками вернулась на койку. Пряник пах просто умопомрачительно, несмотря на хрустящую прозрачную упаковку, а внутри светильника мерцал тёплый магический огонёк.

— Знаешь, — сказала я Чернышу, пробовавшему на зуб уголок пряничной упаковки, — она, конечно, не без недостатков. Болтать любит, пытается вытащить меня буквально на каждую вечеринку, и духи её по три часа из комнаты выветриваются. Но если в целом… в целом она хорошая подруга. Надеюсь, мне дадут время, чтобы попрощаться.

— Чиу-ми! — уверенно откликнулся Черныш и лапкой подпихнул ко мне пряник.

— Нет, это к ужину, — отказалась я. — И вообще, надо спрятать всё в шкаф. Не хотелось бы, чтобы госпожа Торн ругалась.

Однако даже убранный пряник распространял пусть тонкий, но такой вкусный аромат, что я морально смирилась с грядущей выволочкой. Однако, когда смурная лекарь вошла в палату перед ужином, она никак не прокомментировала нарушение правил.

— Арс, к вам посетители — официальным тоном сообщила госпожа Торн.

После чего обернулась и громко позвала:

— Господа, можете войти.

Напряжённая до последней жилки, я уставилась на дверь.

— Добрый вечер, Арс, — вошедший ректор был сумрачен.

— Здравствуйте, Улия.

А вот Редвир явно старался меня не пугать, но на фоне Нортона эффекта от этого было маловато.

— Здравствуйте.

Я выпрямилась из полусидячего положения, готовясь к худшему, и лекарь, окинув нас хмурым взглядом, обратилась к мужчинам:

— Постарайтесь не задерживаться.

С этими словами она вышла, так и не поставив на тумбочку песочные часы, отчего плохое предчувствие стало ещё острее.

— Арс, — начал ректор, не делая даже попытки сесть на гостевой стул, — госпожа Торн уже делилась с вами прогнозом на сроки вашего окончательного выздоровления?

У меня пересохло во рту.

— Она упоминала, что на это может потребоваться год.

— Это очень пессимистичный прогноз, — мягко заметил Редвир. — Мы рассчитываем, что процесс займёт не более девяти месяцев.

Девять месяцев! Но ведь это тоже много, особенно если учесть, что всё обучение в Академии длится четыре года!

— Однако вы не можете не понимать, — тем же тоном продолжил Нортон, — что для учёбы подобный перерыв в практике никак не годится.

Я кивнула и дрогнувшим голосом спросила:

— Вы меня отчисляете?

— К сожалению, — у ректора был вид, словно он разжевал кислющий лимон. — На этом настаивает попечительский комитет. И несмотря на то что причиной случившегося с вами стал родственник одного из членов комитета, — ладонь Нортона на мгновение сжалась в кулак, — это не является веской причиной оставить вас в Академии.

Всё.

Я ждала этого, но в горле всё равно встал ком. Почувствовавший мои эмоции Черныш сердито зашипел на ректора, и у того на лице как будто мелькнула тень виноватости.